Книга Алое небо над Гавайями, страница 146 – Сара Акерман

Не бояться нужно было этой минуты, а проживать ее и чувствовать всецело. Как только открылись дверцы машины, ее захлестнула такая любовь, которой хватило бы, чтобы излечить сердца всего мира. Все это время она переживала, что в сердце ее зияет пустота, но пустота эта давно наполнилась до краев. Это были ее люди, ее дом, и ничто и никогда не могло этого изменить.

Даже сейчас, закрыв глаза, я вижу огненное свечение лавы в кратере Халемаумау^[60]. Порой, забыв об осторожности, бреду сквозь облака, и в волосах моих вьют гнезда танагры-медососы. Я иду, не разбирая дороги, но мне все равно. Что может быть слаще, чем находиться здесь, где лава хрустит под ногами? Вокруг меня вьются пчелы; моя рука в его руке, и его голос шепчет в мое утомленное гулом пчел ухо: у нее твои глаза.

В конце концов в памяти остаются те отрезки времени, когда мы сильнее чувствовали. Любовь, горе, радость, печаль, страх — причина возникновения чувств не так важна. Может, вам запомнится день, когда вы поняли, что не будете жить вечно, или впервые увидели своего возлюбленного. Или когда догадались, что даже через много лет останетесь той же девчонкой — босоногой, с длинными каштановыми волосами и монеткой в кармане. Или внезапно осознали, что вам есть что терять, но из-за слепоты своей вы этого не замечали. Важнее всего то, что живет в наших сердцах, и если я в чем-то уверена, то в одном: единственный верный путь — любовь.

И волшебство.

Выходит, верных пути два.

Замысел этой книги родился у меня несколько лет назад, когда в Национальном парке «Вулканы Гавайи» я увидела старый дом под названием «Айнахоу». Потом я узнала, что дом построили в 1941 году как убежище на случай японского вторжения. «Айнахоу» состоит в Национальном реестре исторических памятников. Этот старый красивый дом заинтриговал меня, и как только я увидела его и узнала его историю, то поняла, что должна о нем написать. Тогда я еще не знала, что это будет за книга. Но через год подруга разговорилась о моей первой книге со своей знакомой. И эта женщина рассказала историю своей матери, которая была совсем маленькой во время нападения на Пёрл-Харбор. Ее родителей тогда забрало ФБР, и более года их продержали в лагерях Сэнд-Айленд и Гоноулиули. Мать этой знакомой вместе с сестрой все это время жили одни и заботились о себе сами. Я нашла ее историю в интернете, и, когда прочла ее, мое сердце было разбито. О том, что американцев японского происхождения свозили в лагеря, хорошо известно, но мало кто знает, что с немцами и итальянцами делали то же самое. Прочитав семейную историю Бергов, я придумала сюжет романа. Мне хотелось, чтобы действие разворачивалось в военном лагере Килауэа, где находился центр временного содержания для интернированных, — это был крупнейший лагерь за пределами Оаху и главный на острове Гавайи. «Алое небо над Гавайями» — плод моего воображения, но вдохновением для меня послужили реальные места и истории реальных людей. Извержение Мауна-Лоа — тоже правда, только оно случилось не в декабре 1941-го, как в книге, а в начале 1942-го. И военные действительно бомбили вулканические каналы, пытаясь остановить потоки лавы из опасения, что те прольются на Хило и японскому флоту будет легко нас найти.