Книга Алое небо над Гавайями, страница 141 – Сара Акерман

— Сегодня ведь Рождество. Разве у меня есть выбор?

В лунном свете его лицо озарилось улыбкой.

— Ты меня дразнишь?

Она еле удержалась от смеха. Разве могла она продолжать на него злиться?

— Это значит «да»?

— Думается мне, так.

— Думается? Позволь сделать так, чтобы ты не передумала.

С этими словами он заключил ее в объятия и зарылся лицом ей в волосы. Песнь ее сердца заглушила стрекот цикад и воссияла ярче свечения лавы на вулкане. Она закрыла глаза и растворилась в его прекрасном тепле и чистом запахе мыла. Взяла его за руку, переплела свои пальцы с его пальцами и потянула его за собой, вверх по лестнице и в коридор.

В комнате она его поцеловала. В этот раз спешить было некуда, и его язык двигался мягко и уверенно. Он крепко обнимал ее, словно боясь отпустить. А ее желание за недели напрасных томлений обострилось до предела.

— Я принес тебе подарок на Рождество, — прошептал он.

— Можно я завтра его открою? Все равно в темноте ничего не видно, — сказала она, хотя его видела прекрасно. Он словно светился изнутри.

— Оберточной бумаги у меня не нашлось, поэтому я просто вручу его как есть. Надеюсь, ты не против.

Неужели он это серьезно?

— Конечно не против, глупый!

Он достал что-то из заднего кармана брюк и повесил ей на шею. Что-то тяжелое. Лана потянулась и нащупала прохладные стеклышки на конце двух цилиндров.

— Это то, что я думаю?

— Одно могу сказать: это не огромный кулон.

Она рассмеялась.

— Идеальный подарок! Теперь мы с тобой и девочками можем пойти и посмотреть на птиц вблизи. Спасибо.

Красивый, заботливый, невероятно сексуальный… Она перекинула бинокль за спину и потянулась к нему. Он обнял ее за талию, задержался там на мгновение, а потом его руки переместились ниже, и ее захлестнула жаркая волна. Матрас лежал у их ног.

Он прошептал ей на ухо:

— Ничто бы не помешало мне прийти. Ни японцы, ни Санта-Клаус. Ни извержение вулкана.

Как она могла в этом сомневаться? Слеза скатилась по ее щеке, и она задумалась: что же, что же притягивает друг к другу двухлюдей с разных концов света? Вот оно, самое необъяснимое явление на свете! В тот момент все в ее мире встало на места.

Полтора года спустя,

21 июня 1943 года

Громкий телефонный звонок разнесся по дому, и Лана вздрогнула и проснулась. На улице все еще было темно. Она села на кровати, потерла глаза, убеждаясь, что это не сон.

Грант обхватил ее за талию и попытался уложить обратно в постель, в тепло под стеганое покрывало.

— Не бери трубку.

Как ей этого хотелось!

— Я должна подойти. В шесть утра звонят, только если что-то важное, — сказала она и выбежала в коридор.

В последние несколько месяцев Лана много общалась с Тетушкой и научилась успокаивать мысли и слушать внутренний голос. Она практиковалась в этом умении ежедневно, училась верить себе, и, когда потянулась к трубке, уже поняла, кто звонил.

* * *

Жизнь — поток дней. Оглядываясь на свою жизнь, мы видим эти дни слившимися в непрерывном потоке, подобному бурному течению реки. Если повезет (или не повезет) — отдельные дни выделяются из этого потока. Но у войны есть одна особенность: выделяются все дни.

«Жизнь на грани катастрофы» — эти слова стали для них привычными, и, честно говоря, Лана устала так жить. За прошедший год не было ни бомбардировок, ни вражеских вторжений, но над ними нависла постоянная угроза. Победа при Мидуэе^[58]чуть ослабила напряжение, люди вздохнули, но лишь ненадолго.