Книга Алое небо над Гавайями, страница 143 – Сара Акерман

— Выглядели они страшно, — говорила Коко.

Даже Мари признавалась, что место это навевало страх и каждый раз перед поездкой они очень нервничали. Хвала небесам за Моти, который покупал детям ириски у охранников, узнав, что девочки и Бенджи скоро должны приехать. Бенджи он говорил, что вытерпит лагерную жизнь и все испытания, потому что альтернатива гораздо хуже. Он считал, что ему повезло, что он выжил, и считал, что выздороветь ему помогли мед с вулкана и, конечно, любовь. Рассказывая об этом Лане, Бенджи плакал.

Никто не знал, когда пленников отпустят и как именно это произойдет.

На Оаху Лана сходила к адвокату и подала на развод. После начала войны Бак сразу перевез Александру к ним в дом, а в комнате для гостей обустроил детскую. Лана ничего не почувствовала. На вулкане ее ждал Грант, и ей было плевать, как живет Бак. Пока Лана с детьми были в отъезде, Грант ухаживал за лошадьми. Юнга сопровождала его в лагерь и вскоре стала там любимицей. Вместо арестантов в лагере разместилась двадцать седьмая дивизия Национальной гвардии, защищавшая остров от атак подводных лодок. Юнга определенно повышала боевой дух солдат, да так, что Грант стал брать ее на работу несколько раз в неделю. Она же стала настоящей служебной собакой и всерьез воспринимала свои обязанности. А еще, пока Ланы не было, таинственным образом растолстела, но Грант делал вид, что ничего не замечает.

С прибытием войск на вулкане стало заметно оживленнее. Отель «Вулкан» и все пустовавшие дома в округе заняли солдаты. На лавовых полях велись учения и ходили патрули. А у Ланы с детьми появилось много новых покупателей: они продавали мед по доллару за банку, хотя теперь им пришлось конкурировать с продавцами спиртного, так как недавно отменили сухой закон. Красный мед они оставляли себе.

Тем временем японские войска эвакуировались с Алеутских островов — последней базы японцев в Западном полушарии. На Гавайях ослабили запрет на пользование электричеством после темноты: теперь включать свет можно было до десяти вечера, за исключением комнат, выходивших окнами на океан. В Вайкики разразилась страшная эпидемия лихорадки денге — объявили карантин. В целом с начала войны на Гавайи прибыли десятки тысяч солдат, появились ограждения из колючей проволоки,тянувшиеся на многие километры, и поселился страх.

На Рождество тысяча девятьсот сорок второго Коко получила Охело в свое официальное владение. Они и так были неразлучны, так что это было неминуемо. Охело по-прежнему побаивалась окружающих, но рядом с Коко менялась до неузнаваемости. Лана не сомневалась, что девочка и лошадь читали мысли друг друга.

Они стали часто видеться с Тетушкой, и все ждали с ней встреч. Ее маленькая хижина, увешанная пучками трав и заставленная безделушками, напоминала заколдованный лес. Там можно было обнаружить что угодно. Оказалось, что у Тетушки был целый домашний зоопарк: несколько котов, мангуст, очень старая белая собака, которая никогда не вставала с лежанки, и куча лесных птиц под крышей.

В гостях у Тетушки они почти все время сидели на кухне и варили зелья из корешков, веточек и листьев, собранных в лесу, или пекли медовые булочки, пряный хлеб и пирожки из таро^[59]. Они много узнали об особенностях жизни на вулкане и природе этих мест. Лану больше всего поражало, что девочки никогда не ныли. Ни разу! Для них это были те же школьные уроки, только интереснее.