Книга Алое небо над Гавайями, страница 145 – Сара Акерман

Когда неопределенность первых недель и случай в лагере остались позади, Грант стал их верным заступником. Ее лавовым камнем. Он искренне интересовался происходящим в ее жизни. В отличие от Бака — тот даже не спрашивал, как прошел ее день. Грант помогал им с пчелами, изучил пчеловодство и лекарственные свойства меда. Интересовали его и местные птицы: оказалось, он прекрасно имитирует их крики. Он даже попробовал научиться рисовать, но Лана с девочками согласились, что в этой сфере он не одарен. Зато дерево под его резцом оживало. Но главное — он участвовал в их жизни и был неравнодушен. За ним Лана чувствовала себя как за каменной стеной, а его любовь была непоколебима. И Лана полюбила его всей душой.

Солнце палило нещадно. Коко встала и принялась ходить взад-вперед.

— Все хорошо, дорогая? — спросила Лана.

— Не понимаю, почему родители не могут просто переехать сюда? Можем жить все вместе! — выпалила девочка.

Лана думала об этом. Готова была на все, лишь бы сохранить ощущение семьи, появившееся у них за эти полтора года. Вместе они построили такой прочный фундамент, а теперь ей казалось, будто кто-то отнимает у нее ноги и половину сердца.

— Вы с родителями можете приехать к нам в любое время и оставаться, сколько захотите. Может, они даже будут отпускать вас ко мне на лето. Как знать?

Коко поморщилась, а ее голосок повысился на целую октаву.

— Но мне тут хорошо! И Юнге тоже!

— Вулкан всегда будет твоим домом. Помнишь, что сказала Тетушка? Что любимых людей и места мы носим в сердце. Они остаются с нами навсегда, где бы мы ни были.

Коко приободрилась.

— И любимые животные!

— Точно.

Дни, проведенные в доме Тетушки, научили Коко верить в себя и принимать свои уникальные способности.

— Я рада, что именно тебе выпало заботиться о нас.

Вся решимость Ланы испарилась вмиг. Она раскрыла объятия.

— Иди ко мне.

Коко подошла и села ей на колени. Лана погладила ее спинку, а слезы полились ручьем и не прекращали.

— Я люблю вас троих, как родных детей. Вы же это знаете? Эта война обернулась для меня несказанной удачей. Все вокруг теряли близких, а я приобрела. Без вас в этом доме будет пусто и грустно, но мы с Грантом и Бенджи будем жить дальше. Иначе нельзя.

— Зато в доме повсюду дух Джека, и онникуда не денется, — сказала Коко.

Джек и вправду был там. Он был там, когда перед ней безо всяких усилий открывалась входная дверь. В широких досках и половицах, в огромных окнах, впускавших солнечный свет, — он был везде. Под полом и между камнями, из которых был сложен камин. Теперь Лана понимала, каким прекрасным человеком был ее отец во всем его несовершенстве. Он был таким же, как они все.

— А когда Моти вернется домой?

— Не знаю, но мы будем молиться о его благополучии и продолжать каждую неделю писать ему письма.

— Да!

Мари прижалась к ней с другой стороны.

— Мы будем приезжать каждые выходные.

— Только посмейте не приехать! А я буду ждать этого сильнее, чем пирога из печки, — ответила Лана.

В тишине теплого июньского дня раздался звук мотора. Сердце Ланы ускорило бег. Вспотели ладони. Коко подскочила, бросилась вниз по ступенькам, потом обернулась и улыбнулась. Ее улыбка была яснее голубого неба, ярче зелени лесных деревьев. Мари встала, разгладила платье и пошла за сестрой.

Грант подошел и обнял Лану за плечи. Ему тоже было тяжело прощаться с детьми. Она заметила, что задерживает дыхание; она была не готова с ними проститься. Но подходящего момента для расставания с любимыми не бывает. Когда машина завернула за угол, девочки побежали. А Лана подумала о Моти и Тетушке и призвала на помощь их стойкость. Вспомнилась поговорка: «Жизнь — пчела, присевшая на кончик носа». Правдивость этих слов ударила ее, как молния.