Книга Последние невесты Романовых, страница 69 – Клэр Макхью

Игра началась, и Аликс вскоре поняла, что все бегают куда быстрее ее. Эрни и Георгий – потому что они были мальчиками, Ксения – потому что, будучи маленькой, ей не приходилось наклоняться, чтобы проскальзывать сквозь обручи. Кроме того, она ловко заправила юбку за пояс, чтобы легче было двигаться. Это зрелище слегка смутило Аликс – видеть, как девочка с обнаженными, загорелыми ногами стремительно носится по лужайке, было непривычно. Тем не менее Аликс старалась изо всех сил и храбро пыталась не отставать.

Спустя какое-то время она почувствовала, как руки Ники обвились вокруг ее талии, а его дыхание коснулось ее шеи.

– Я поймал тебя! Теперь ты – моя! – объявил он.

Его объятия не были грубыми, и Аликс понравилось, как он прижал ее к себе на мгновение. Затем он пощекотал ее под мышками, и она не смогла удержаться от смеха.

– Я собираюсь отпустить тебя, – признался Ники.

Появилась Ксения, тяжело дыша, – и была застигнута врасплох, когда Ники резко обернулся, схватил ее за плечи и объявил:

– Теперь ты – охотница, Ксения!

– Это нечестно! – закричала та, но Ники уже убежал прочь, а Аликс помчалась вслед за ним.

Играм русских детей, казалось, не было конца. После игры с обручами Ники и Георгий решили показать то, что они назвали токарным станком.

– Это в парке Коттеджа, – объяснил Ники, когда они проходили мимо клумб с розами и после этого вышли на длинную прямую дорогу, посыпанную белым гравием. Она была обсажена ухоженными липами и тянулась далеко впереди них. Дети миновали огромный каменный фонтан по правую руку, затем – позолоченный фонтан поменьше слева.

– Мы идем в домик для детей? – поинтересовалась Аликс, вспомнив Швейцарский коттедж в Осборне, который Бабушка построила в качестве игрового домика.

Ники выглядел озадаченным:

– Для детей? Нет. Коттедж – это место, где мы живем здесь, в Петергофе. Большой дворец, в котором вы остановились, мама называет старым сараем, где гуляют сквозняки.

Аликс удивило это замечание. Она была в восторге от отведенных им белых комнат с невероятно высокими окнами. Как русский царь может жить в простом коттедже, когда у него есть такой дворец?

Они свернули на мощеную дорожку, и Ники жестом указал на большой дом из желтого камня с крутой крышей, украшенный белой, словно пряничной, резьбой. Эркерные окна, кованые балконы, по стенам – пышный плющ, а у подножия фасада буйствовали маки, мальвы и душистый горошек.

– Как красиво! – восхищенно воскликнула Аликс.

– Этот дом построил мой прадед, царь Николай, – сказал Ники. – Меня, кстати, назвали в его честь. Он подарил это место своей супруге, Александре.

– Царь Николай и его Александра все время переезжали туда-сюда? – с любопытством уточнила Аликс. – Из этого чудесного дома в какой-нибудь великолепный дворец?

Ники рассмеялся:

– Пожалуй, да. Моя мама вообще бы с радостью осталась здесь, в Коттедже, навсегда. Но когда папа стал царем, его убедили, что нужно выбрать нечто среднее: достойное, но не слишком роскошное.

– И я вполне понимаю почему, – призналась Аликс.

Ники вновь засмеялся:

– Какая же ты все-таки забавная, Аликс!

Она чуть нахмурилась – ее задела эта фраза. Но он поспешил добавить с теплой улыбкой:

– Забавная – и милая. Кстати, для нашей новой резиденции расширяют Нижнюю дачу, она совсем у моря. Я покажу ее тебе позже.