Онлайн книга «Последние невесты Романовых»
|
Элла подумала: «Интересно, Папа сказал это нарочно? Была ли в его словах скрытая цель? Может быть, он хотел как-то предупредить меня? Хотела бы я знать!» Она также хотела бы, чтобы присутствовавшие обсуждали что-то другое, кроме положения дел в России. Словно услышав ее, мадам де Кольмин воскликнула: – Я забыла упомянуть о сегодняшних новостях! Пабло де Сарасате поправился и все-таки даст концерт в Дармштадте на следующей неделе! Элла чуть не рассмеялась от облегчения. Воспитанная как жена дипломата, эта дама понимала, когда разговор следовало перевести на другую тему. Свечи догорели до огарков, и только после полуночи все поднялись из-за стола. * * * Уже потом, наверху, когда Элла ложилась спать, уставшая и раздраженная без видимых причин, а Виктория села за туалетный столик и принялась вытаскивать шпильки из волос, Элла неожиданно спросила: – Скажи, я правильно поняла: тебе не нравится Серж? Ты так горячо спорила с ним сегодня вечером. Виктория в ответ рассмеялась, встряхивая головой, чтобы распустить свои густые светлые волосы: – Мне очень нравится Серж. Он умный, серьезный и всегда уделяет тебе должное внимание. – Но почему тогда ты говорила с ним в таком тоне? – упрекнула Элла. – Критиковала его брата, спорила о том, как устроена Россия… Представь себе, что бы мы почувствовали, если бы он назвал Бабушку сентиментальной старухой, правящей Англией по собственному капризу? Виктория снова рассмеялась: – Мы бы, конечно, постарались это опровергнуть! Элла нахмурилась. Ее сестра явно не воспринимала ее доводы всерьез. – Ты же знаешь, я люблю спорить, – продолжила Виктория уже более серьезно. – Но, Элли, ты ведь сама понимаешь: Серж заблуждается. Россия не может вечно существовать в этом полуфеодальном оцепенении. Рано или поздно реформы все равно начнутся. Это неизбежно. – Но он – наш кузен. И гость. Вы с принцем Изенбургским могли бы быть… ну, хоть немного деликатнее. – Не тревожься, Элли. Серж привык защищать режим своего брата. В его голосе звучала уверенность человека, который по-настоящему верит. Уж поверь, мнение какого-нибудь мелкого немецкого принца – и даже мое – ничуть не поколеблет его убеждений. Элла вспомнила, как при свете свечей лицо Сержа стало напряженным и неулыбчивым. Даже если ты уверен в своей правоте, нападки на тебя крайне неприятны. Виктория выключила лампу и забралась в постель. Обращаясь к темноте, Элла робко произнесла: – Если я когда-нибудь окажусь в России… – Если ты решишься выйти замуж за Сержа, это пойдет ему только на пользу: ты сделаешь его нрав более мягким, познакомив со своим истинно английским мироощущением, – ответила ей Виктория. Элла засмеялась: – Ты имеешь в виду, он станет примерно таким же, как Луи, если вспомнить слова Бабушки? – Нет, не примерно, а точно таким же, – уточнила Виктория. * * * На следующий день, после полудня, погода стала достаточно ясной, чтобы отправиться на прогулку. Серж предложил прокатиться верхом, и Элла охотно согласилась. Папа же, ссылаясь на необходимость обсудить неотложные дела с садовниками, присоединяться к ним не стал. Двор был настолько пропитан влагой, что от усадьбы к большим конюшням протянули деревянные настилы – иначе было бы не пройти, не промочив ног. Серж шел впереди, и Элла с невольным удовольствием рассматривала его широкие плечи, прямую спину, узкую талию. |