Книга Дьявол внутри нас, страница 84 – Сабахаттин Али

В те дни, когда Бедри часто их навещал, эти желания Маджиде становились еще сильнее. Она чувствовала, что все еще привязана к воспоминаниям о своем бывшем учителе, в котором находила качества, которых так не хватало Омеру. Это вызывало в ней странное чувство, похожее на страх и ревность. Она тянулась к мужу, стараясь привлечь его внимание, но в то же время испытывала легкую досаду на Бедри. Она ясно ощущала его чувства к ней, но не винила его за это. Однако мысль о том, что его присутствие заставляет ее видеть недостатки Омера, которых она прежде старалась не замечать, невольно вызывала в ней раздражение. Она боялась, что хрупкое равновесие, которое она с трудом поддерживала в своей душе, может рухнуть.

И тогда одно событие все перевернуло, отбросив многое назад и выведя на первый план нечто новое. Омер в последнее время снова стал мрачным и раздражительным. Все его тяготило, и по его лицу было видно, как он страдает. Маджиде, зная, что они переживают серьезные финансовые трудности, не пыталась долго выяснять причины его состояния, опасаясь еще больше расстроить мужа своими вопросами. Но, как бы она ни старалась держать себя в руках и все прощать, жизнь с человеком, чьи нервы были так напряжены, не могла не оказывать разрушительного влияния и на нее.

Однажды под вечер она открыла окна комнаты. Вдыхая не слишком свежий воздух улицы и слушая крики детей разных национальностей, она сидела на стуле. Хотя в тот день она не ходила в консерваторию, чувствовала себя изможденной, словно не в силах пошевелиться. Откинув голову назад, она отталкивалась ногами от пола и спиной от стула, покачиваясь. В этом простом занятии ее мысли прыгали с одного на другое. Но, заметив, что они неизменно возвращаются к желанию, чтобы Бедри пришел прямо сейчас, она встревожилась. Особенно ее смутило осознание, что это желание бессмысленно, ведь Бедри, обещавший Омеру, и так должен был прийти этим вечером. Она пробормотала себе под нос:

– Мы поступаем ужасно. И Омер, и я! Я его бывшая ученица… Он любит меня и желает мне счастья, я точно это знаю. Он очень любит и Омера… Возможно, это его лучший друг на свете. Но правильно ли мы поступаем? Уже месяц он помогает нам выживать. А ведь по его виду ясно, что он сам не купается в деньгах. Почему мы заставляем его так жертвовать собой? Разве нам подобает использовать его дружбу как средство для существования, не давая ничего взамен? Когда же дела Омера наладятся? Я вижу, как ему тяжело просить у Бедри деньги. Брать в долг у такого доброго друга, не зная, когда сможешь вернуть, – это, должно быть, нелегко… Но у Бедри такой характер, что его это не задевает. Он помогает нам, будто это его естественная обязанность. Какой же он замечательный человек…

Она решилась быть смелее в своих мыслях:

«Какова моя роль в той заботе, которую он к нам проявляет? Он то и дело вспоминает Балыкесир и, наверное, зная, что не может смотреть мне в глаза естественно, опускает взгляд. Но я понимаю. Как бы он ни пытался это скрыть, эти воспоминания все еще наполняют его душу. А я… я забыла, конечно. Нет, не могу сказать, что забыла, но это больше не имеет надо мной власти. И правда, что между нами было? Ни единого слова. Я помню только его взгляды. Он стоял у двери класса, и его глаза скользили по мне. Они горели, как огонь. Теперь в нем больше грусти и задумчивости… Его сестра больна… Может, и его гнетут заботы о деньгах… А мы все время…»