Книга Дьявол внутри нас, страница 112 – Сабахаттин Али

В этот момент все намерения Маджиде испарились. Она думала только о том, чтобы бежать, уйти как можно дальше. Она неслась к дому, чувствуя нарастающую тошноту, становившуюся почти осязаемой. Жуткие образы не покидали ее. Она представляла их в ложе кинотеатра и топала ногами, словно пытаясь стряхнуть видение. «Наверняка он и раньше так делал… А потом лежал рядом со мной, обнимал меня теми же руками… Какая гадость! Какая гадость!» – бормотала она. Ее голос застревал в горле, будто она долго кричала, и гортань болела, пересохнув. Она бросала гневные взгляды на прохожих, внезапно осознав, что все на этой улице всегда ухмыляются, и это ее бесило. Запахи с витрин раздражали: аромат персиков из фруктовой лавки смешивался с нафталином из магазина тканей и с запахом жареной ставриды, непонятно откуда доносившимся. Выхлопы проезжающих машин добавлялись к этому букету, липли к лицу, и Маджиде, как будто смахивая паутину в лесу, проводила рукой по щекам и носу.

Дома она успокоилась. Схватив сумку, она начала бросать в нее вещи. С тех пор как она ушла от тети Эмине, к ее пожиткам прибавилась лишь пара чулок. Коричневый свитер лежал нетронутым, а туфли того же цвета, заношенные и посеревшие, валялись в углу. Внезапно она выпрямилась и спросила себя: «Куда я пойду? Что с этим делать? В Балыкесир? К тете Эмине? Смешно!» Идти было некуда. Но, может, где-то и было место… Она не волновалась, думая об этом. Что еще ей оставалось? Перед глазами всплыл образ лунного моря, которое она видела с Омером, сидя в лодке, боясь коснуться воды и все же опуская руку по запястье в ее таинственный блеск.

Она пнула сумку – белье рассыпалось по грязному ковру. «Зачем это? Глупости!» – сказала она.

Взяв из комода у кровати пачку бумаги, она закрыла шторы, хотя еще не стемнело, зажгла лампу и, сев за стол, начала торопливо писать карандашом:

«Омер! Я ухожу. Ты знаешь, как мне больно это делать, ведь у меня в жизни нет никого, кроме тебя. И я знаю, что у тебя нет никого, кроме меня. И все же я уйду… С того дня, как я вышла из дома тети Эмине и пошла за тобой, во мне жил странный страх, что все кончится так. Как бы я ни пыталась его скрыть, он возвращался и терзал меня. Я думала о причинах этого страха, искала, что нужно сделать, чтобы этот момент не наступил за эти три месяца нашей жизни, но поняла, что единственный выход – отдаться на волю случая и жизни. Стоит ли говорить, Омер, мой любимый муж? Мы – два человека, у которых нет ничего общего, ни единой схожей мысли или взгляда. Кто знает, какие случайности свели нас. Ты сказал, что любишь меня, и я поверила. Я тоже тебя любила… Как сильно я тебя любила! И сегодня в моих чувствах ничего не изменилось. Но почему я тебя любила? Этого я не могла понять, и это заставило меня сомневаться в продолжении нашей жизни. Я не знала, за что тебя люблю. Твои привычки, поступки – я не скажу, что не принимала их, но не понимала. Ты тоже не можешь отрицать, что многого во мне не понимал. Какая странная сила так крепко связала нас? С первого дня я знала, что мы из разных миров, но что-то заставляло меня оставаться, наполняло радостью при виде тебя. Может, это тот демон, о котором ты всегда говоришь, на которого сваливаешь вину за свои поступки? В последнее время я начала бояться этого. Я привыкла поступать так, как считала правильным. Но мысль, что эту жизнь, в которой я не вижу ничего разумного, держит во мне какой-то скрытый демон, привела меня в ужас. Подчиняться в жизни чему-то помимо моих мыслей и решений – это то, чего я никогда не вынесу. И я заметила, что рядом с тобой я не могу пользоваться своей волей. Подчиняться тебе не было бы тяжело, но между нами должна быть хоть малейшая точка соприкосновения, хоть часть твоих поступков я должна считать правильной. Повторять то, чего я никогда бы не сделала, подчиняясь неизвестной силе, заставило меня задуматься и принять решение, от которого я месяцами бежала.