Книга Акушерка Аушвица. Основано на реальных событиях, страница 92 – Анна Стюарт

К воротам, неся над головой большую фаянсовую раковину, шел человек, за которым следовал высокий эсэсовец. Он жестко подгонял заключенного, но что-то в его поведении привлекло внимание Аны, и она всмотрелась внимательнее. Это точно Мала! Она была в мешковатой одежде, она сгибалась под весом раковины. Но, если присмотреться, можно было заметить изгиб ее бедер. Кроме того, эсэсовец не просто подгонял, а поддерживал ее. Неужели это Эдек?

Ана замерла и стала следить за происходящим, затаив дыхание. Пара приблизилась к воротам периметра. Эдек, как и Мала, свободно говорил по-немецки, но вдруг его выдаст акцент? Вдруг охранник на воротах потребует показать лицо заключенного? Ана представляла, как сейчас бьются сердца ее друзей под украденной одеждой. Она даже наклонилась вперед, чтобы лучше видеть. В воротах появился охранник.

Эсэсовцы отсалютовали друг другу. Эдек казался очень уверенным. Потом они что-то сказали друг другу. Эдек снова ухватил Малу за локоть и слегка наклонился к другому эсэсовцу. Они явно говорили о несчастном узнике. Ана почувствовала, что не дышит, и заставила себя глотнуть воздуха. Тут охранник на воротах махнул, Эдек отсалютовал и погнал Малу вперед. Они вышли из лагеря. Ана знала, что под лагерной формой у Малы красивое платье, которое Наоми «организовала» из Канады. Когда они отойдут достаточно далеко, Мала из заключенного с фаянсовой раковиной превратится в элегантную подружку эсэсовца. Она возьмет Эдека под руку, и они пойдут, как обычная счастливая пара, пока не окажутся достаточно далеко.

– Иди же, Мала, – шептала Ана. – Иди! Уходи подальше! Приведи помощь!

Наверное, Бог услышал ее. Мала уходила все дальше и дальше, и вот уже Ана перестала видеть белую раковину над ее головой. Ана схватила ведро и, словно ощутив неожиданный прилив сил, зашагала к бараку, не обращая внимания на солнце, на дрожь в коленях и боль в плечах. Она не думала даже о роженице, ожидавшей ее возвращения. Ана вбежала в блок 24, огляделась, нет ли рядом Клары, которая в последнее время все чаще просто валялась в постели, и кинулась к первой же женщине.

– Мала сбежала, – шепнула она.

Женщина изумленно посмотрела на нее, повернулась к соседке, та к своей, и вот по всему лагерю, как летний ветерок, уже побежал слух. Новости передавали из одного барака в другой. Мала сбежала, и у заключенных появилась тень надежды. Подавая воду своей пациентке, Ана думала, что это неважно, что Бартек больше не сможет передавать ей посылки, – ведь она сама через несколько недель отправится в Варшаву и найдет его.

– Давай, дорогая, – твердила она роженице. – Пусть малыш появится на свет. Может, это станет началом чего-то чудесного для всех нас.

Через три дня эсэсовцы вернули Малу и Эдека в Биркенау в кандалах. Ана видела, как их провели мимо блока 24. Они были все в крови. Ана почувствовала такую острую боль, словно это ее саму жестоко избили эсэсовцы. Она думала, что Мала на свободе, что ей удалось выбраться из Польши и найти тех, кто ее выслушает. Она думала, что Мала расскажет важным людям о чудовищных ужасах Аушвица-Биркенау и все бросятся их спасать. Как наивна она была! Какая невероятно глупая, невыносимая наивность!

Это действительно было невыносимо. Ане хотелось броситься на безжалостных нацистов. Она вбежала в барак и принялась биться головой о деревянную стену грязного, переполненного, варварского «акушерского отделения». Она слышала, как ее зовут, чувствовала, как гладят по плечам, но продолжала биться о стену снова и снова, пока не рухнула на пол. Наступившая темнота принесла облегчение. И в полусознании она слышала только нежный голос Эстер.