Онлайн книга «Акушерка Аушвица. Основано на реальных событиях»
|
– И такая блондинка! – Она прищелкнула языком. – Включу ее в свой список. – Нет, Клара. Пожалуйста! Ана рассказывала, что сыну альтистки хорошо живется в семейном лагере. Там были матери с сильными руками и полными молока грудями. Они позаботятся о Пиппе до конца войны. Эстер было невыносимо думать, что ее ребенка будет кормить другая женщина, но это лучше, чем неизбежная гибель. Мала пыталась найти способ переправить девочку тайком, но, если Вольф и Майер ее увидят, ничего не выйдет. – Нет? – Капо притворно изумилась. – Ты хочешь, чтобы я утопила ее в своем ведре? – Нет! Эстер крепко прижала ребенка к груди. Клара расхохоталась. – Ну, конечно. Эсэсовцы будут довольны. Ты знаешь, они могут приехать в любой день, а эта красотка станет прекрасным новогодним подарком милой юной паре, правда? 1944 год начнется для них счастливо. Не реагировать было невозможно. Лишь Пиппа, которую Эстер держала на руках, удержала ее от того, чтобы броситься на эту мерзкую тварь. – Неужели тебе не знакомо сочувствие, Клара? – взмолилась она. Клара лишь пожала плечами. – Нет. Может быть, когда-нибудь я это знала, но все в далеком прошлом – и слава богу. Сочувствию тут не место. – Ты ошибаешься, – прошипела Эстер. Ана и Наоми подошли поближе. – Ненависть пылает ярко, но любовь горит гораздо дольше. – Тогда и боли она причиняет больше, – процедила Клара и ушла записывать имя бедной Пиппы в свой список. Девочку неизбежно вырвут из рук Эстер. – Мы должны это сделать, золотко, – сказала она спящей дочери. – Мама должна тебя пометить. Это нужно, чтобы мама смогла найти тебя и снова прижать к своей груди, какой бы большой ты ни была. При мысли о пустых месяцах, может быть, даже годах без дочери, Эстер заплакала, но татуировка в подмышке Пиппы была единственной надеждой протянуть нить из ужасного прошлого в светлое будущее. Пора. – Ана, – прохрипела она. Ана отошла от другой матери, которой подходил срок рожать. – Эстер? – Ты подержишь Пиппу? Ана посмотрела на нее и кивнула. Похлопав другую женщину по плечу, она подошла и взяла Пиппу, чтобы Эстер смогла спуститься с нар. Даже этот короткий момент без ребенка был для нее мучителен. Она не могла представить черную дыру, которая вот-вот затянет ее в блоке 24. Она взяла татуировочную иглу. Ноги ее предательски дрожали. Она должна быть сильной и вернуться к своей работе. Некоторых несчастных матерей отправляли на фермы сразу после родов. Кровь еще струилась по их ногам. Но Ана и Янина поделили между собой обязанности Эстер, и она смогла передохнуть. Но эту работу она не могла доверить никому. Она кивнула Ане, та осторожно подняла маленькую ручку Пиппы, обнажив мягкую, нежную подмышку. Эстер посмотрела на собственный номер, грубо вытатуированный на ее предплечье, и с трудом сдержала слезы. Нужно все сделать наилучшим образом. Закусив губу, она набрала в иглу чернила и прижала к коже Пиппы. Почувствовав укол, Пиппа распахнула глаза и разразилась громким плачем. – Сейчас, сейчас, – успокаивала ее Эстер. – Это недолго. Но это нужно. Ты будешь только моей. Конечно, все это было полной чепухой, почти бредом, но Эстер продолжала бормотать, заставляя себя выводить цифры: 41400. Два нуля напоминали изумленные глазки Пиппы, возмущенно уставившиеся на нее. Но эти цифры было легко рисовать, и она довела дело до конца. Вытерев капли крови самым чистым кусочком собственной юбки, она взяла Пиппу на руки и прижала к груди. |