Книга Письма из Пёрл-Харбора. Основано на реальных событиях, страница 39 – Анна Стюарт

Тем не менее все утро Джинни вместе с Калани взад-вперед вышагивали вдоль полосы, будто две наседки, пока Лили кружила в воздухе. Надо ли говорить, с какой радостью они оба смотрели, как Лили завершила свой первый самостоятельный полет безупречной посадкой.

– Ну молодец! – сказал Роберт Тайс, выйдя на звук мотора. – И глазом моргнуть не успеешь, как она сама станет тренировать желторотых новичков.

– Вы правда так думаете? – оживился Калани.

– А что ж нет? Ваша дочь толковая, сразу видно. Молодец, Джинни, – разглядела талант. Ну что, отпразднуем это дело?

Роберт частенько предлагал Джинни пропустить по рюмочке. Он был обаятелен и добр, но ей не хватало доверия к его «вдовству» и его намерениям. Как начальника она его ценила, но рисковать своей работой ради романа с человеком, который явно знавал немало женщин, не собиралась.

– Отличная идея, – ровно ответила она. – Думаю, Лили будет очень рада. И вы, Калани, давайте с нами!

Лицо Роберта заметно поникло, и в итоге обещанная «рюмочка» превратилась в бутылку газировки в терминале «Интер-Исланд». Но Лили сияла от счастья: босс «Кей-Ти» угостил ее лично, и теперь можно было по-настоящему праздновать. Джинни отправила Джеку весточку и надеялась, что он сможет присоединиться – вместе с кем угодно. Переговоры президента Рузвельта с японцами шли тяжело, обе стороны усиливали военное присутствие, и веселые вечера стали редкостью.

Уилл Даут рассказывал, что его зять, адмирал Киммел, безуспешно добивался от Вашингтона больше кораблей и самолетов. И хотя производство в Соединенных Штатах было усилено, все ресурсы шли на Восточный фронт – туда, где Гитлер уже окружил какой-то важный город под названием Киев. Если он возьмет страну, то восточная граница нацистского фатерлянда ударит по контролируемому японцами Китаю, что может привести к тому, что война сделает полный оборот через Тихий океан и придет в Америку. Но сегодня, когда среди них появился новый пилот, Джинни молилась, чтобы друзья получили увольнительные, и с надеждой осматривала зал.

У бара стоял Джек – с Пенни. Джинни уже хотела окликнуть брата, но задержалась. Она увидела, как Джек склонился к девушке, нежно заправил за ухо прядь ее светлых волос и поцеловал в губы. Джинни прижала ладонь к губам, скрывая невольный вздох: теперь даже ей было ясно, что она больше не на первом месте в его жизни.

– Твой братец аж светится, – прошептала Лили у нее над плечом.

– Еще бы, – усмехнулась Джинни. – Светится, как надраенный пятак.

Ну и пусть. Пенни казалась милой, чего зря ревновать?

– Джек! – окликнула она, подходя ближе. Он вздрогнул от неожиданности и сразу поспешил обнять сестру.

– Привет, Джинни! Привет, Лили! Ну что, все прошло как надо? – Он посмотрел на гавайскую девушку, и в его карих глазах проскользнула искра. – Сдала ведь, да? Я и отсюда вижу! Даже не сомневался. Пойдемте выпьем шампанского!

Джинни остановила брата.

– Уже все заказала, – сказала она. – Можно мы к вам присоединимся?

– Конечно! Пойдем за столик.

Они уселись за соседний столик. На улице сидели несколько сурового вида ребят, но океанский ветер холодил все сильнее, и вскоре и они переместились внутрь.

– Кажется, мы с вами еще не знакомы, – сказал Джек, протягивая руку Калани.

– Ох, точно! – вспыхнула Джинни. – Простите, забыла представить. Джек, это Калани Камака, папа Лилиноэ и самый замечательный в мире лендлорд.