Книга Белая ложь, страница 67 – Данил Харченко

Одри терла плечи, замерзшие сквозь теплое пальто, Вероника шла без шапки, Джиневра закуталась шарфом до носа. Но Клэр шагала уверенно, белый пуховик сливался со снегом, а повязка аккуратно держала волосы.

Тропа вывела их к старому кирпичному зданию. Клэр провернула ручку, и дверь поддалась без усилия. Внутри пахло теплым воздухом и знакомым ароматом — PoisonотDior. Диван, книжные полки, старые полешки в углу — все выглядело так, будто место было жилым.

— Ты была здесь раньше? — спросила Одри, осматривая помещение.

— Я люблю уединенные места, — улыбнулась Клэр. Она сняла куртку, подошла к ящику с дровами, забросила полено в печь. Через минуту комната наполнилась мягким теплом, и девочки скинули верхнюю одежду.

— Это наше убежище, здесь всегда безопасно, — сказала Клэр, смеясь легко и звонко.

* * *

Одри вдруг осознала, что Клэр привела их сюда не просто так. Уже тогда, она всё знала, но Клэр хранила это в секрете, словно знала: они еще не готовы. В голове Одри стоял один вопрос: «Почему она ничего не сказала?»

Миллер распахнул дверь, и девочки вошли внутрь. Ветер с улицы чуть зашел за ними, смешиваясь с запахом дерева и старого камина. Комната была точно такой же, как они помнили: деревянный потертый стол, диван с полосатой обивкой, шкафы, слегка накренившиеся от времени. Но теперь стены были уставлены вырезками из газет, а на столе стояли кипы папок, документов и старых журналов — те самые, которые они рассматривали с Лорой в актовом зале. Каждая деталь будто тянула в прошлое и одновременно давала понять, что все это реальность.

— Мы на месте, — сказал Миллер, сбросив парку на диван. — Здесь безопасно.

— Безопасно? — переспросила Одри, сжимая пальцы в перчатках. Внутри что-то сжалось, дыхание участилось.

— В «Хиллкресте» прослушка, — спокойно произнес профессор. — Любые разговоры о «Белой правде» могут быть опасны.

Одри выдохнула, слегка расслабив плечи, но сердце продолжало стучать.

— Вот почему Оливия не говорила со мной и просила встретиться у реки… — произнесла она, и слова дрогнули.

— Оливия говорила с тобой? Где она? — Миллер ожил, глаза загорелись тревогой.

Одри открыла рот, но ничего не смогла сказать. В голове был только хаос.

— Мертва, — тихо, но резко вырвалось у Вероники.

— Я так и знал, когда она не вышла на связь… — Миллер потер виски. — Зная, что происходит в университете, вы подвергаете себя опасности.

— Но мы не можем стоять в стороне! — сжала пальцы Одри, дергая волосы. — На Джиневру охота, на Лору напали, и каждая из них видела красную ткань — такую же, что у культа «Белой правды».

— Так вы расскажите нам, что вообще происходит? — Вероника плюхнулась на диван, глаза горели.

Миллер прошелся по комнате, разжег костер, и тепло пламени мягко отражалось в их глазах. Он остановился, посмотрел на огонь и заговорил тихо, словно боясь, что стены могут слышать:

— «Белая правда» зародилась в 1878 году в Англии как тайное братство, — начал он. — Основатель, сэр Эдмунд Грейсон, верил в очищение через контроль, порядок и исключение «нечистых» элементов. Первые документы о культе в США относятся к 1902 году, когда группа выпускников Гарварда привезла его в частные школы Восточного побережья.

Одри слушала, прижимая руки к груди.

— В «Хиллкресте» он появился в 1924 году, после реконструкции старого корпуса. Первые сведения о жертвоприношениях, — Миллер сделал паузу, — относятся к 1931 году. Их цель — сохранить власть, богатство и привилегии, чтобы студенты и преподаватели, вовлеченные в культ, всегда оставались на вершине социальной пирамиды.