Онлайн книга «Белая ложь»
|
А Одри стало по-настоящему страшно. Лора же говорила: Миллер был на плёнке Клэр. И если он знает правду… значит, он может быть не только свидетелем. Может быть тем, кого Клэр так боялась. И всё же Вероника шагнула следом за ним. Ни слова, ни взгляда. Только сжатая челюсть и шаги по гравию. Одри осталась на месте, чувствуя, как сердце колотится всё быстрее, и понимала: если сейчас не пойдёт за ними, то может никогда уже не узнать, что стало с Клэр. Миллер шел вперед, гравий хрустел под его туфлями. «Брайер-Холл» оставался позади, его окна мерцали тусклым светом, а тьма постепенно съедала весь кампус. Одри ощущала холодный комок в груди — идти за профессором в темноту было страшно, но любопытство дергало за руки сильнее страха. — Куда мы направляемся? — Рони заговорила, когда заметила, как Одри дрожит. — Там, где секреты не боятся, что их услышат, — ответил Миллер без поворота головы. — И как это понимать? — Одри обернулась назад, чтобы увидеть хоть какой-нибудь силуэт, что сможет их спасти если вдруг что-то произойдет, но кампус был пуст. Миллер промолчал. — Вы нам тоже не доверяете, да? — спросила Рони. — Доверие — роскошь, — сказал Миллер, шаг за шагом. — Чтобы его заполучить, нужно заплатить. Одри сжала ворот пальто, холод пробирал до костей, и весенний ветер только усиливал дрожь. Мысль о Клэр промелькнула в голове: как та шла вперед, смеялась и подталкивала их к этому же лесу, в это же место, где сейчас шаг за шагом приближались к неизвестному. Дойдя до ворот, Миллер медленно приподнял массивные створки. Взор пронзала темнота леса за шоссе, ведущего в сторону Нью-Йорка. — Итак, — хлопнул он в ладоши, и звук отразился от стен забора, — я понимаю, доверять мне сложно. Я тоже боюсь проговорить лишнего. Но поймите, в «Хиллкресте» верить можно далеко не каждому. — Клэр тоже писала про это, — тихо вставила Одри, глаза не отрывая от леса. — Клэр не знала, что происходит здесь, — сказал Миллер. — И она заплатила за это жизнью. — Он резко повернул голову и шагнул в сторону темного леса. — Идем. Одри сделала шаг следом. На мгновение тревога ослабла: Миллер шел спокойно, уверенно. Можно было думать, что сейчас ему можно доверять. Но мысль о том, что они идут вглубь леса, и каждый шорох веток за спиной мог скрывать опасность, держала сердце в напряжении. Ветви хлестали лица, крутясь на ветру, а лунный свет серебристой полосой пролегал между густыми кронами. Одри шла вперед, осторожно обходя сучья, мысли не давали расслабиться. Перед ними проступало старое кирпичное строение, его фасад трещал и покрывался мхом, но дверь выглядела почти целой. Вероника шла рядом, напряженно сжимая руки в карманах бомбера. Девочки молчали, обменялись взглядами — в этом здании таилась история, которую они частично знали. Одри вдруг вспомнила Клэр. Не сейчас, а той зимой, чуть больше двух лет назад. 13 декабря 1983 года. Смех Клэр эхом разносился по склону заснеженной горы. Она стояла на вершине, руки на бедрах, взгляд приковывал к себе девочек внизу. Резко схватила деревянные сани и скатилась вниз, снег скрипел под ними, холод брызгами бил в лицо, но смех Клэр делал все ярче. — Я так рада, что мы здесь, — сказала Клэр, оглядывая всех. — Вижу, вы замерзли. Я знаю одно местечко, недалеко отсюда. |