Книга Осень, кофе и улики, страница 52 – Юлия Евдокимова

– Насколько я понимаю, вы и здесь склоняетесь к версии об убийстве…

– Меня это не удивило бы. Тонино Пантони мог рассказать нам важные вещи.

Вскоре патрульная машина вернулась, к этому времени уже спустились сумерки. Антония Пантони вышла с заднего сиденья полицейской «Альфа-Ромео». Это была плотная женщина лет шестидесяти с мышино-серыми волосами средней длины. Она была бледна и чуть не упала в обморок, когда судья пригласил её проследовать заним к сараю с инструментами.

Судебный эксперт откинул ткань, закрывавшую лицо жертвы, и женщина ахнула. Она кивнула и упала на колени. Ее подняли и под руки увели с места преступления.

Брандолини подошел к женщине, когда ее вели к машине карабинеров.

– Я говорила ему и тому бандиту, что лучше бы они играли музыку, чем занимались этими убийцами!

Брандолини не смог промолчать. – Он был музыкантом?

– Да, и причём хорошим. Играл на скрипке. Капотонди его учил. Он даже поступил в консерваторию.

– И почему бросил?

Антония плакала и качала головой: -Откуда мне знать? Пару лет назад он решил, что больше ничего не хочет слышать о музыке и затеял эту проклятую ферму. И вы видели, чем всё закончилось? Он умер!

Ночью Брандолини плохо спал. Карабинеру приснились пчёлы, гнавшиеся за ним с холма. Он бежал и бежал, пока не оказался в густом лесу, где ветки и кусты царапали ноги и руки до крови. Наконец, задыхаясь, он добрался до поляны и узнал место, куда попал на обед – остерию Аривии. Он хотел зайти внутрь, попросить помощи, но дом был пуст. Он стучал, звонил в дверь, но звонок играл музыку Моцарта, название которой он не помнил, а дверь оставалась закрытой.

Карабинер вышиб дверь, главное было укрыться от пчел, а вандализм он объяснит позже. В комнате в кресле сидела Антония Пантони, а стены вокруг завешены фотографиями мальчика.

– Видите, офицер? Это дом моего бедного Тонино.

Вокруг стояли статуэтки в виде пчел, банки с медами с этикетками. написанными по-китайски, а может, по-японски, на столе лежала скрипка, покрытая слоем пыли.

Раздался шорох, большая банка на шкафу накренилась и начала падать на голову карабинера. Она падала в замедленном темпе и Брандолини успел отскочить в сторону. И сразу проснулся. В голове крутилась мысль: он что-то упустил. Что-то зацепило его взгляд там, в сарае. Но что?

Ужин у Пенелопы сотворил чудо. Она точно не обладает даром, как ее сестра Сирена? Ведь наколдовала! Нет, убийство чудом назвать нельзя, но Брандолини снова оказался «в строю». Коллеги из Матеры запросили помощи у соседей, ведь ферма Тонино Пантони находилась ровно по середине между Матерой и Пьетрапертозой, а у станции карабинеров не хватало рук.

– У нас тоже нет свободных офицеров, – собиралась сказать лейтенант Карлини, но вспомнила о марешалло, который, собственно, и должен был руководить местным расследованием, да оказался в числе подозреваемых. Конечно, Карлотта не думала, что карабинер может оказаться убийцей. Но она обязана была отстранить Брандолини от расследования, как гостя злополучного вечера. А если совсем честно, то и с определенной долей злорадства. Обнаглели они в этой деревне, словно карабинеры не армия! Тот, кто должен блюсти порядок, завел шашни с местной женщиной, да еще и к расследованиям допускал ее и ее подругу, которой – помилуйте! – перевалило за девяносто. Бабка в маразме, а туда же лезет! Так что момент оказался весьма походящим, и коллегам помогла, что однажды зачтется, и марешалло отправила подальше.