Книга Этот человек опасен, страница 94 – Питер Чейни

Все вокруг вооружены до зубов. Рицкин ведет меня наверх. Состояние у меня паршивое. Рана в плече дает о себе знать не лучшим образом.

Рицкин вталкивает меня в комнату, откуда я не так давно выходил. С нами еще один парень. Тот связывает мне руки. Потом они уходят, заперев дверь. Миранду привязали к кровати. Она смотрит на меня и изо всех сил пытается улыбнуться.

В это время с крыши раздается пальба. Кто-то стреляет из автомата по копам. Вокруг дома слышны крики.

Плюхаюсь на пол и прислоняюсь к стене. Похоже, для меня на этом история заканчивается. Да и для Миранды тоже.

Она прерывает молчание:

– Лемми, что они с нами сделают?

Я пытаюсь улыбнуться:

– Лучше не спрашивайте. Вы-то сами что думаете? Разумеется, на все четыре стороны нас не отпустят. Нас попросту убьют. Иными словами, нам с вами кирдык. Так что, Миранда, если вы склонны к религии или чему-то подобному, я бы советовал вам помолиться, пока никто не мешает.

Пока я это говорю, дверь открывается, и я вижу Конни. Стрельба поутихла, хотя с крыши периодически доносятся короткие очереди. Парень с автоматом никак не угомонится.

В коридоре горит свет. За спиной Конни вижу парня, нагруженного канистрами с бензином. Из конца коридора, где находится ванная, слышно, как мне готовят парафиновую ванну.

Несколько раз по окну ударяет яркий луч света. Похоже, копы шарят прожектором по дому. Вряд ли это предвещает мне что-то хорошее. Полиция не может взять дом штурмом и должна выжидать. Думаю, и у них нет никаких сомнений в том, что, когда ожидание закончится, мы с Мирандой уже будем мертвы.

Сейчас мне сильнее, чем когда-либо, хочется курить.

Словно уловив мои мысли, Конни входит в комнату, останавливается передо мной, вставляет мне в рот сигарету и чиркает зажигалкой. Потом то же самое она проделывает с Мирандой.

С крыши раздается новая очередь. Внизу кто-то воет от боли, получив порцию свинца.

– Послушай, Лемми, – произносит Конни. – Я хочу с тобой поговорить.

Смотрю на нее. Дверь она закрыла, но в окно светит луна, и этого достаточно, чтобы видеть Конни во всей красе. В одной руке у нее автоматический пистолет, в другой – сигарета. Она рассеянно улыбается – прямо как ваша любимая кинозвезда, которую снимают крупным планом, когда все зубы видны и все такое.

Я знаю, что Констанс хитра и изворотлива и верить ей можно не больше, чем какому-нибудь коммивояжеру. Поди, решила разыграть сцену, а по рассеянному взгляду догадываюсь, что речь пойдет о любви или еще какой-нибудь нелепости.

Вижу, как Миранда смотрит на нее, затем на меня. Глаза Миранды пылают, как у тигрицы. Думается, если между Мирандой и Конни прямо сейчас устроить поединок, они порвут друг друга в клочья, поскольку каждая из женщин – полная противоположность другой. Миранду, привыкшую развлекаться и искать острые ощущения, с детства воспитывали в уверенности, что ей доступно все, чего она только ни пожелает. Конни, как и многие подобные ей, знала, что ей не преподнесут желаемое, а потому нужно самой пойти и взять.

Конни останавливается передо мной и смотрит на меня. Невольно отмечаю, что у нее красивые ноги. Но даже при той чертовски крошечной надежде, которая у меня затеплилась, я невольно сравниваю ноги Конни с ногами Миранды. Представляете, какими придурками бывают мужчины?