Книга Коварный гость и другие мистические истории, страница 64 – Джозеф Шеридан Ле Фаню

– Кто вы такой, сэр? Что вам здесь нужно? Кто вы такой, я спрашиваю!

– Кто я такой? Как же, сэр, я ваш врач, доктор Паркс, владелец этого дома, – ответил тот со всей суровостью, какую сумел собрать, но все еще бледный от волнения. – Стыдно, сэр, стыдно так себя вести. Для чего вы подняли беспричинный крик и разбудили всех домочадцев в столь неурочный час? Стыдно, сэр! Ложитесь спать, раздевайтесь сию же минуту; стыдно!

На помощь доктору Парксу поспешил один из слуг, разбуженный душераздирающими криками; однако доктор жестом велел ему не входить, будучи уверен, что приступ закончился.

– Да, да, – со смущенным видом бормотал Марстон. – Доктор Паркс, конечно же. О чем я только думал? Какая дурацкая нелепость! А это, – он покосился на свою шпагу, в нетерпении брошенную на диван. – Глупость! Ерунда! Ложная тревога, доктор. Прошу прощения.

С этими речами Марстон, сильно взвинченный, продолжал медленно раздеваться. Однако, внезапно прервавшись, резко обернулся к доктору Парксу и в ужасе прошептал:

– Черт возьми, доктор, сейчас мне было хуже, чем обычно; готов поклясться, враг сидел во мне много часов – часов, сэр! – и терзал своими насмешливыми угрозами; пока я, потеряв терпение, черт возьми, не схватил шпагу. Ох, доктор, вы можете меня спасти? Неужели мне ничем нельзя помочь?

Бледный, покрытый каплями холодного пота, он проговорил последние слова с таким отчаянием, какое смогло бы перенести через великую пропасть мольбу богача о капле воды, дабы прохладить пылающий язык.

Когда Рода узнала, что отец, покинув Грей-Форест, не сообщил определенной даты своего возвращения, в родном доме ей стало еще неуютнее, чем прежде. Посоветовавшись с честной Уиллет, она наконец решила принять часто повторяемое приглашение миссис Мервин и поселиться в Ньютон-Парке, по крайней мере до возвращения отца.

– Дорогая моя юная подруга, – сказала добрая леди, выслушав Роду. – У меня не хватает слов, чтобы описать, как я рада видеть и приветствовать тебя в Ньютон-Парке, а также сколько тревог я пережила, постоянно размышляя о твоем тяжелом и болезненном положении в Грей-Форесте. Я, конечно, должна бы сердиться на тебя за то, что ты так долго отказывала мне в этом счастье; но ты наконец исправилась; полагаю, уже невозможно было и дальше отвергать мое приглашение. Однако не думай, что я пожелаю расстаться с тобой так скоро, как ты намереваешься. Нет, нет; мне было слишком трудно заманить тебя сюда, и я не позволю тебе так легко упорхнуть. Кроме того, мне надо посоветоваться с другими; есть много людей, которые не меньше, чем я, желали бы оставить тебя здесь навсегда.

Добрая миссис Мервин произнесла эти слова так выразительно и сопроводила таким лукавым взглядом, что бедной Роде пришлось опустить голову, чтобы скрыть смущенный румянец; и, сочувствуя ее замешательству, которое она же сама и вызвала, добрая леди проводила девушку в комнату, которая отныне и на все время, какое она захочет здесь провести, станет ее жилищем.

Нет нужды говорить, как быстро пролетел этот день. Старый Мервин был, как всегда, мягок и мрачноват; и ничто не сравнится с добрым и сердечным приемом, какой он оказал беззащитному ребенку своего угрюмого неприятного соседа. Невозможно передать то бесчисленное усердие и тайный восторг юного Мервина, с которым он посещал их прогулки.