Книга Коварный гость и другие мистические истории, страница 62 – Джозеф Шеридан Ле Фаню

Врач поклонился и пригласил гостя сесть; тот, однако, в ответ лишь нетерпеливо кивнул, словно хотел выразить презрение к церемониям, и, приблизившись на шаг-другой, коротко сказал:

– Сэр, меня зовут Марстон. Я привел вам пациента.

Доктор поклонился еще глубже и стал ждать продолжения столь благоприятно начавшегося разговора.

– Как я понимаю, вы доктор Паркс, – продолжил Марстон тем же самым тоном.

– Ваш покорнейший слуга, сэр, – отозвался тот с положенной в те времена формальной вежливостью и отвесил еще один поклон.

– Доктор, – требовательно заявил Марстон, устремив на собеседника суровый взгляд, и многозначительно постучал себя по лбу. – Вы можете отсрочить приведение приговора в исполнение?

Врач растерялся, озадаченно помолчал и наконец попросил гостя выразиться яснее.

– Можете ли вы… – произнес Марстон все так же медленно и сурово, потом, после долгого молчания, закончил фразу: – Можете ли вы предотвратить душевную болезнь, которую вам в дальнейшем придется лечить? Можете ли вы остановить и победить врага на дальних подступах? Можете ли изгнать дух безумия, пока он еще не овладел пациентом, а лишь парит над избранной им жертвой?

– Сэр, – ответил врач, – в некоторых случаях, и даже очень во многих, враг, как вы его правильно назвали, может быть встречен и разбит, пока он далеко. Своевременное вмешательство приносит пользу в девяноста случаях из ста; и, уверяю, ваш вопрос радует меня, ибо, полагаю, он имеет отношение к пациенту, которого вы хотите направить ко мне на консультацию и над которым, следовательно, пока еще только начинает нависать угроза, от которой вы хотите его спасти.

– Этот пациент – я сам, – нехотя признался Марстон. – Предчувствие вас не обмануло. Я не безумен, но мне определенно угрожает безумие; в этом ошибиться невозможно. Сэр, в моем разуме рождаются грозные невыносимые признаки, которые не могут быть истолкованы иначе.

– Скажите, сэр, вы советовались с друзьями или с родными о том, как вам следует действовать? – с серьезным интересом спросил доктор Паркс.

– Нет, сэр, – ответил он резко и чуть ли не с жаром. – Не желаю, чтобы на мое имя был выпущен судебный приказ об обследовании на предмет установления душевного заболевания; не хочу в мгновение ока потерять свободу и собственность. Действия, которые я намерен предпринять, не продиктованы никем, кроме меня самого, и никто о них не знает. Сейчас я расскажу о них и о причинах, побудивших меня на это, вам, джентльмену и моему профессиональному советнику, в надежде, что вы сохраните мои неожиданные откровения в строжайшей тайне; обещаете?

– Конечно, мистер Марстон. Не имею ни намерений, ни прав нарушать такое обещание, – ответил врач.

– Хорошо же. В таком случае сначала расскажу о договоренности, которую, с вашего разрешения, я намереваюсь вам предложить, потом отвечу на любые ваши вопросы о моем случае, – мрачно продолжил Марстон. – Я желаю доверить себя вашим заботам и жить под вашей крышей, сохраняя полную свободу действий. Я должен иметь право приходить и уходить когда захочу; с другой стороны, обещаю, что во мне вы найдете послушного и смиренного пациента. Вдобавок требую, чтобы вы не пытались связаться ни с кем из тех, кто связан со мной; как только вы согласитесь на эти условия, я отдам себя в ваши руки. Во мне вы найдете, как я уже сказал, почтительного пациента, и, уверяю, я не доставлю вам хлопот. Надеюсь, вы позволите мне добавить, что я буду сам оплачивать мое пребывание здесь еженедельно, на авансовой основе.