Книга Последний выстрел, страница 20 – Эмма Пиньятьелло

– Я прослежу, чтобы полиция не вмешивалась, – добавил Грей, неохотно принимая тарелку с тирамису и чашку эспрессо, которую поставила перед ним Виттория. С тех пор как он столкнулся с Макс на аукционе, в животе у него творилось что-то неладное, но отказ от поданной итальянкой еды считался в этом поместье изменой.

Джованни реплику Грея проигнорировал, что было, по статистике, наилучшим из возможных вариантов. Судя по тому, что Грей избежал наказания за опоздание, Джио переживал сильный стресс. После того, как он принял наследство покойного отца, его самым востребованным умением стало указывать другим на их недостатки. Так как же поднять тему возможного заговора с целью убийства, чтобы при этом: а) Джио не проткнул себе сонную артерию вилкой для тирамису и б) не вызвать панику ранней пандемии, спровоцировав тем самым кризис с туалетной бумагой?

Грей сделал глоток эспрессо.

– Кто-нибудь рассматривал возможность умышленного отравления вина? – спросила Нелла.

– Убери от меня свой токсичный позитив. – Лука покачал головой.

Грей заметил, что глаза у него покраснели сильнее, чем казалось утром, а волосы падают на глаза, как у Черной Овечки Бе-Бе, которую давно бы следовало подстричь. К сожалению, он так и не научился предотвращать то, что должно было вот-вот произойти.

– Поговорю с Поппи Рейвен, – как можно спокойнее сказал Грей, избегая взгляда Луки, – а потом позвоню Ла Маркасам.

– Конечно, это должны быть они, – проворчал Лука. – Вокруг них все и вертится.

– Закрой рот! – прошипел Джио. Бискотти и кофе брызнули на белую скатерть пятнами засохшей крови.

– Или что?

– Или я сам тебе его закрою. Навсегда.

Такого рода угрозы были едва ли не обязательной частью каждого семейного сбора Барбарани. Хотя обычно Джио адресовал их чужим.

– У Грея все под контролем, – сказала Нелла. – Разве не так? – Она взглянула на него.

– Совершенно верно. – Вот разберусь с запертой в моем доме бывшей зэчкой, вопящей во весь голос об убийстве, и озабочусь прекращением нынешнего пиар-кошмара. Обычная пятница. – И последнее. – Ему это не нравилось, но, если в словах Макс есть хотя бы крупица правды, он должен быть готов. – Я хочу усилить охрану на гала-шоу завтра вечером. Нам не нужно, чтобы туда попали те представители СМИ, которых мы не приглашали или которым не доверяем.

Нелла бросила на него сочувственный взгляд. Заткнись, Нелла! Я не говорю о Софи.

– Если речь пойдет о гала-шоу, можно мне уйти? – Фрэнки убрала за ухо выбившийся черный локон. – Раз уж меня там не будет?

Джио поднялся из-за стола. Теперь все смотрели на него – снизу вверх. Даже Лука и Фрэнки.

Он не был высоким. Но он был радиоактивен и обладал энергией, которая порождала раковые клетки в каждом, кто слишком долго оставался вблизи него. Его лицо не умело улыбаться, потому что не знало, как это делается. Довольный, он был ужасен, злой – убийственен.

– Там будут все до единого, – сказал Джованни, и голос его был гладким, как приправленное бритвами льющееся вино. – Это не обсуждается, Франческа.

– Я не желаю иметь ничего общего с этой варварской итальянской семейкой и всем этим капиталистическим дерьмом, – заявила Фрэнки. – Я меняю фамилию!

Сменить фамилию она грозилась каждые несколько месяцев. Однако громкое имя не раз помогало ей избежать ареста, когда мирный протест становился не таким уж мирным.