Онлайн книга «Искатель, 2005 №8»
|
— Да, Майк явно тосковал по нему, — задумчиво согласилась Маруся. — Это было заметно. Хоть он и пытался не подавать виду. — Теперь возьмем немцев, — Арсений загнул последний, большой, палец. — Ну, разве что предположить, будто Гюнтер — опасный маньяк. Нальется пивом по уши — и ну душить людей! Или, возможно, они оба маньяки с Габби. Бывают же лунатики, на которых пагубно воздействует полная луна… А эти, наоборот, заводятся от солнца. Солнечные маньяки. Назагораются до полной одури, а потом даже уже и не помнят, где были и что делали, — он снова горестно вздохнул. — Бред! — Очень точно подмечено, — согласилась Маша, — горячечный. —Потом кивнула на разбросанные по столу яблоки; очищенные уже успели побуреть на воздухе, правда, в разной степени: видно было, с какого братец начал. — Можно убрать этот свинарник? Брат равнодушно махнул рукой, мол, делай что хочешь. — А может, ну их совсем? — пробормотала Маруся, собирая яблоки в пустой пакет. — Я имею в виду, все это дело. Пусть полиция занимается, если хочет… А если не хочет, мы-то что можем поделать? — Обычная пораженческая философия, я ничуть не удивлен, — мрачно отозвался подросток. — При первых трудностях — лапки кверху. Нет, извини, я устроен по-другому. Пойду до самого конца. — Он задумался. — Поэтому надо начинать с самого начала! — Арсений покивал головой. — А началось все с героина… Мы в Таиланде… Возможно, вот где собака зарыта. Не надо отвлекаться, надо думать об этом… Он подошел к дивану, собрал подушки, устроил из них некое подобие гнезда, в которое и улегся. — Я тебе, наверное, уже не нужна? — с надеждой в голосе спросила Маруся. — Честное слово, я так устала от всего этого, пойду спать. Непонятно, чем теперь заниматься? Даже на пляж уже не пойдешь, отовсюду на тебя будут привидения выскакивать! — Стоп! Я кретин! — хлопнув ладонью по подлокотнику, вдруг громко вскричал брат. — Не верь глазам своим… А также не верь своей сестре, когда она несет обычные глупости! Ни в коем случае! — Что опять не так? — устало вздохнула Маша. — С чего ты решила, что Брайан передавал ей записку, а? Ну, с каких таких щей? Только запутала меня! — Какую еще записку? — не сразу сообразила Маруся. — Ах, записку… тогда, в орхидеях… А что же он ей передавал? — озадаченно протянула она. — Я сама видела! — Что ты видела конкретно, а? — Ну то и видела… как она прячет от меня записку! — Записку, кажется, обычно пишут на бумаге? Я, конечно, могу заблуждаться. — Ну, да… на бумаге. — Теперь подумай своей дурьей башкой, что еще, кроме записки, она могла от тебя скрывать? Маша, вздохнув, наморщила лоб. — Может, деньги? — и сама отрицательно покачала головой. — Нет, это точно были не деньги! Арсений страдальчески закатил глаза к потолку: и как вообще с ней можно о чем-то говорить! — Героин она прятала от тебя, вот что! Героин! В бумажном пакетике, понимаешь? А я, идиот, — записка… записка… — какбольной попугай повторяю! Потом еще были письма… Помнишь, он попросил ее отправить? Так, так, так, — бормотал себе под нос подросток, глаза у него загорелись. — Изменим ракурс и рассмотрим все с другой стороны! — Он нетерпеливо помахал рукой: — Все, давай уходи! Ты мешаешь. Мне нужно думать. Маша спорить не стала, она, собственно, этого и хотела: чтобы ее хотя бы ненадолго оставили в покое. Впрочем, уснуть ей все равно не удалось. Она ворочалась с боку на бок не меньше часу, а перед глазами всплывало страшное посинелое лицо задушенной девушки. Наконец посмотрела на часы. Давно время ужина. Собственно, есть-то, конечно, не хочется, но хоть какое-то занятие: не сидеть же здесь всю жизнь… Она долго выбирала, что надеть, потому что вдруг поймала себя на мысли, что готова выйти просто в халате и тапочках. Поэтому она и оделась с большим тщанием, чем обычно, остановив свой выбор на открытом платье бледно-оливкового цвета, которое очень шло к ее загорелой коже, и даже подкрасилась, чего здесь еще ни разу не делала. Расчесала на прямой пробор волосы и обрызгала себя духами «Мадемуазель» — это был подарок Анри… Господи, как ей его сейчас не хватало! |