Онлайн книга «Искатель, 2005 №11»
|
— Что еще за инструктор по слалому?! Почему Васька называет его дядей Гошей?! Не вижу в моих словах ничего смешного! — Когда ты злишься и орешь, то становишься похож на кабана. Смотри, не захрюкай! — С тобой невозможно разговаривать! — С тобой тоже. — Идиотизм! В самолете я думал, что нужно забыть старые обиды и попробовать все сначала… Неужели я зря вернулся из Америки? Юля пожала плечами. — Тебе решать. — Ты не ждала меня? — Я не думала, что ты вернешься. — Значит, не ждала. Конечно, так намного проще! — Да, так мне было намного проще. А ты что хотел? Чтобы я с ума по тебе сходила? Ты уехал, когда Маше было два года, а Васе — семь… — Да, тебе было так трудно, что ты сразу же после моего отъезда поступила в аспирантуру и два раза в неделю стала брать уроки по слалому. Насколько я понял из Васиных слов, теннис ты тоже не забросила? — Какой же ты эгоист! — Юля вскинула подбородок, прищурила заблестевшие глаза, но не стала больше ничего говорить, улыбнулась и, не оглядываясь, зашагала к кухне, откуда ее звала Варя. Арсений поднялся на веранду и увиделАндрея. — И ты здесь? — Как видишь, — Андрей пожал протянутую ему руку. — Не ржавеет? — Не понял? — Ты случаем не женился еще на Варваре? — Да нет. Она ведь замужем. — Ах да, как же я забыл про Стаса. Тем лучше. И не женись. Как только распишешься, так и начнется. Веревки вить из мужика уж больно сладко. Что смеешься? Не боишься оказаться под каблуком? Нет? Ну, это ты сейчас такой смелый. Пригляделся бы к мамаше повнимательнее. Как тебе роль Степанова? Не вдохновляет? От осинки не родятся апельсинки. Знаешь, есть такой закон в природе. Так-то, Андрон. Советую тебе не забывать об этом. — Меня Алиса Васильевна не напрягает. — Ах, не напрягает? Ну ладно, ладно. Вспомнишь мои слова, когда окажешься на крючке, да поздно будет. — Ребята, к столу все готово. Длинный деревянный стол был накрыт в центре самой большой светлой комнаты, с русской печью и затянутыми в ситец стенами. Уселись быстро, все изрядно проголодались. — Алиса, тебе не дует из окна? — Степанов, ты неисправим, не надоело пылинки сдувать? — проворчала Эмма Васильевна. — У Алечки слабое здоровье… — Ну что, выпьем за юбиляров, — громогласно провозгласила Эмма Васильевна, вставая, и, пригубив шампанское, добавила: — Ох, и горько ж мне… Горько! Гости подхватили: — Горько! Степанов допил шампанское, улыбнулся в усы, аккуратно поставил на стол фужер и, крепко обняв сияющую жену, осторожно прижался к ее губам. — Раз, два, три… — Кто это еще к нам пожаловал? — Эмма Васильевна бесцеремонно отвлекла внимание гостей от целующихся, заметив тень, промелькнувшую за окном. — Вроде все в сборе? Раздался стук в дверь, и на пороге появился Стас с громадным тортом. Он оглядел всех присутствующих, задержав свой взгляд на Варваре и Андрее, и, насладившись их смущением, произнес: — Не ждали. Вижу, что не ждали. А я вот решил, так сказать, по-родственному, без приглашения. — Стасик, не говори глупости. Мы тебе всегда рады. Ты сам не жалуешь нас вниманием. Знаю, знаю, что ты скажешь. Где Москва и где Петербург… Старая песня… Проходи, проходи, ну что ты в дверях застыл, давай свой торт. Хоть бы позвонил… Мы ведь не чужие. — Алиса Васильевна болтала без умолку, давая время оправиться пунцовой от смущения Варе. — Садись, вот хоть сюда,возле меня. Степанов, ну что ты смотришь, принеси для Стасика запасной прибор. |