Книга Личное дело господина Мурао, страница 53 – Даша Завьялова

Полицейский повел меня в дальнюю комнату рекана. Второй полицейский шел за нами рядом с Кадзуро, но они свернули в соседнюю комнату. Итак, Кадзуро сейчас был за стеной. Я почти физически чувствовала, о чем именно он думает, и была уверена, что ход наших мыслей схож.

Во-первых, мы уже как бы согласовали свою цель приезда в Мукомати – поиск Танаки Яэ, нашей близкой знакомой. Об этом я сказала вслух, когда мы говорили с полицейскими на дороге. Это уже хорошо. Можно ли упоминать книжный клуб как место знакомства с Яэ? Скорее всего, Кадзуро придет к выводу, что можно: ведь это правда, это нам не вредит и, кроме того, не обязательно ведет к упоминанию Мурао.

Во-вторых, мы смело можем рассказать все, что узнали от хозяйки рекана – ведь она уже или рассказала полицейским то же самое, или сейчас расскажет.

Что же они могут еще спрашивать? Они спросят, что мы делали после того, как уехали из рекана. Со слов хозяйки они должны были сделать вывод, что мы собирались поехать к дому Одзавы. А вот здесь становится опасно. Кадзуро не знает, что я была у мастера по велосипедам – я не успела ему рассказать об этом, и сейчас он скажет, что я все это время, что он отъезжал к дому на отшибе, стояла тут, у рекана.

Должна ли я подтвердить его слова – или сказать правду? Ведь полицейские наверняка спросят старика!..

– Сагара Киеси, – представился полицейский. – Садитесь, госпожа Арисима. Ваша девичья фамилия, год рождения, место жительства?

– Это и есть моя девичья. Родилась в пятом году Сева в Праге. С тринадцатого года живу в Киото у Арисимы Кеико – я ее внучатая племянница. Других родных у меня нет – ни в Японии, ни за ее пределами.

– Я смотрю, часто вам приходится об этом говорить… Когда и зачем вы приехали в Мукомати?

– Пару часов назад, может быть, чуть меньше. Я и мой друг хотели найти знакомую девушку, Танаку Яэ. Она отправилась сюда восемнадцатого числа и до сих пор не вернулась.

– Откуда вы знаете, что она поехала именно сюда?

Как на этот вопрос ответит Кадзуро? Скорее всего, он решит, что безопаснее будет не врать. Значит, он скажет правду о том, что о поездке Яэ в Мукомати ему рассказала я. Тогда его спросят, откуда узнала я. И могу поручиться, что он ответит «Не знаю», чтобы дать мне возможность придумать самой.

– Она говорила сама перед поездкой.

Теперь оставалось надеяться, как бы ужасно это ни звучало, что Яэ действительно погибла – и не сможет опровергнуть мои слова.

– Зачем она сюда собиралась?

Кадзуро упрям и хладнокровен. Он почти наверняка будет гнуть свою линию и скажет что-то вроде: «Не знаю, госпожа Арисима позвала меня, и я поехал – спросите у нее». Или он начнет фантазировать? Я поняла, что пауза затянулась, и вдруг нашла простое решение:

– Не знаю.

– Не знаете?

– Не знаю, – повторила я уже увереннее. – Разговор был вообще не об этом, просто она упоминала, что поедет сюда.

Но что, если Кадзуро все-таки назовет какую-то конкретную причину поездки Яэ? Ведь он может сказать что-то в духе: «Я не знал, что Яэ поедет сюда – об этом мне сообщила госпожа Арисима. Зачем она сюда поехала? А затем, чтобы…» – и придумает какую-то причину. Впрочем, нет, он не станет рассчитывать на то, что причину мы изобретем одинаковую: скорее всего, повторит, что вся информация у меня.