Онлайн книга «Личное дело господина Мурао»
|
– Вот смотрите, – он наклонился и указал курительной трубкой на верхний листок. – Во всех вариантах вы начинаете с того, что преступник – женщина по имени Наоко. Но ведь если бы это было доказано, она бы уже давала показания полиции. Кадзуро возразил: – Я сам вначале сомневался, но вроде как действительно все указывает на нее, ну или на ее дочь. А что касается полиции, то по просьбе Мурао мы сначала должны все выяснить и достать ее адрес. Господин Накадзима взял с комода еще несколько листов, положил их над самым верхним и сказал: – Думайте, что цепочка событий выглядит так и что на этих листах нужно начертить какие-то другие имена и события. Даже если все действительно начинается с Наоко, такая стратегия не обманет вас, а просто приведет к этой женщине еще раз. И, кстати, – добавил он, выходя из комнаты, – я кое-как могу понять, почему этот Мурао хочет сначала убедиться в виновности этой женщины, а уж потом сдавать ее полиции. Но не понимаю, зачем ему ее адрес. Подумайте над этим. Мне кажется, это важно. – Ты рассказал ему? – спросила я Кадзуро, когда его отец скрылся в другой комнате. – Нет. Но он вчера слышал, как я говорил об этом с Хидэо по телефону. Хидэо. Опять Хидэо. Все-таки этот лишний человек в расследовании очень напрягал меня, и я тут же вспомнила о своих подозрениях в его адрес. – Но вот проблема с рукописью остается, – сказала я, рассматривая листы с записями. – Все-таки дочь Наоко можно смело исключить по той же причине, что и саму Наоко: они должны были узнать о расследовании в день его начала, и быстро написать эту ахинею. А вот Яэ – Яэ могла это сделать. Если Мурао ей рассказал раньше, чем нам. – Зачем ей это? – спросил Кадзуро. – Не знаю. Может быть, ей не нравится, что я общаюсь с Мурао? Но это значило бы, что не отдает себе отчета в его предпочтениях, и не знает, что иностранка его не заинтересует. Только не понимаю, при чем тут официантка. – Яэ могла так представиться. Разве нет? – Нет. Про официантку мне рассказали военные с фабрики. Вряд ли их можно вот так обвести вокруг пальца. Кадзуро присвистнул. – Да у тебя появились ценные связи с иностранцами! – Я бы с удовольствием этого избежала. Господин Иноуэ сегодня уже выразил свое недовольство тем, что из-за меня в редакции появляются то американцы, то русские… – А что это за кафе «Медовое пиво»? – Понятия не имею. Спроси Хидэо – уж он-то наверняка знает все заведения в Киото. – Ладно. Мы еще посидели немного, глядя на листы с записями. – А все-таки зачем жертве может понадобиться адрес преступника, а, Кадзуро, как думаешь? Самосуд? Он рассмеялся: – В таком случае они друг друга стоят! Она залезает в его дом, чтобы отомстить за преступление восемнадцатилетней давности, – а он залезает в ее дом, чтобы опередить ее и убить раньше, чем она доберется до него. – Да, глупо звучит. Но все-таки он задумал что-то нехорошее, о чем не сказал вслух. В тот момент я первый раз за все время ощутила что-то вроде неприязни к господину Мурао. * * * В воскресенье утром, прибравшись в доме, я стала пересматривать свои записи. В блокноте было размашисто написано: Садовник А это о чем, интересно? Я перелистнула страницу и увидела: Почтальон Ох, я поняла. Ведь почтальона-то мы с Кадзуро расспросили, но около дома господина Мурао был еще и садовник, и мы совсем о нем забыли. Только как бы с ним переговорить? Ведь мы не знаем дней, по которым он приходит. Может быть, сегодня нам как раз повезет – и мы его застанем? |