Книга Отчет о незначительных потерях, страница 47 – Даша Завьялова

– Это было бы не очень удобно. Вы умная девушка и уже поняли, что это вызовет вопросы у господина Симидзу. Ну хотя бы то, как мы с вами договорились об этом, если я тут ни с кем, кроме него, напрямую не общаюсь. Он начнет выяснять, поймет, что вы говорите по-русски… вы же сами неохотно об этом говорите, как я понял?

В этот момент в комнату, извинившись, зашла хозяйка и предложила нам чай. Я приняла предложение, и женщина ушла. Человек, который называл себя советским ученым, безмятежно улыбался, глядя на меня, как бы говоря, что, будь его воля, он бы помог, но дела обстоят так, как обстоят.

– Чем вы занимались все это время, господин Никитин? Ведь вам наверняка не удалось узнать чего-то значительного – как минимум потому, что к вам приставлен господин Симидзу, а?

– Ваша правда. Когда я еще был в Хакодате, заглянул в библиотеку, нашел несколько упоминаний, сделал кое-какие записи. Хотел добраться до поселка кайгалтов, но власти не дали разрешения. Я осматривал побережье – надеялся найти хоть какие-то следы, остатки лодок или стоянок, но море, кажется, давно стерло все, что было. Пытался узнать что-то в полиции, но меня туда просто не пустили, а в архивах я ничего не нашел. Я даже заходил в местный храм, но монахи, похоже, ничего не знают.

Я подумала, что, может быть, стоит сообщить ему о том, что у Тораюки на руке нет фаланги, – ведь он просил меня сказать ему, если я встречу такого человека. Но Никитин был непростым и упрямым, и за эти сведения он бы не пошел навстречу. Что же я могла пообещать ему взамен того, что он взял бы с собой Кадзуро?..

И тут мне в голову пришла блестящая мысль: ведь у меня были два документа, которыми я сама никак не могла воспользоваться из-за незнания тайского, а вот у Никитина явно была возможность их перевести.

– У меня есть бумаги, которые могут вас заинтересовать.

– А откуда вы знаете, что может меня заинтересовать?

Я прямо сказала, что эти документы мы нашли в вещах Окамото Сатоми – женщины, с которой он должен был встретиться в гостинице.

– Значит, это она погибла. Я так и подумал, – сказал он. В это время хозяйка принесла чай. Он на сносном японском сказал: «Большое спасибо» и снова обратился ко мне: – Нехорошо копаться в чужих вещах, Эмилия. Тем более – в вещах мертвых.

Также поблагодарив хозяйку, я ответила:

– Давайте будем честны: вы не сделали этого потому, что у вас не было возможности. Насколько я понимаю, эти документы и так предназначались вам.

– Почему вы так думаете? – спросил он и отпил чай. Я видела, как над чашкой улыбаются его глаза.

– Вы оставили записи среди журналов, чтобы их забрала Окамото Сатоми. Вероятно, там были не только академические сведения, которые я успела прочесть, – ведь это все можно было узнать, хорошенько посидев в библиотеке. Кроме того, кто-то, видимо, приняв меня за госпожу Окамото, рылся в моих вещах, когда дверь в комнату осталась открытой. Все это навело меня на мысли, что у нее было что-то, что она должна была вам передать взамен. Скорее всего, оригиналы документов, которые не перешлешь обычной почтой. Потому что ничего важнее информации в мире сейчас нет.

– То есть вы хотите отдать мне мои же бумаги за то, что я возьму с собой вашего друга, да еще и придумаю, как объяснить это господину Симидзу?