Книга Убийства в «Потерянном раю», страница 82 – Эдогава Рампо, Нисио Тадаси, Огури Муситаро, и др.

Однажды молодой господин Дайсабуро, взяв с собой слугу Матадзо, отправился навестить родственников в Акасаке. На обратном пути, уже на подходе к своему особняку, он поравнялся с общим домом для самураев гокэнин^[74], которые получали от тридцати до шестидесяти мешков риса^[75]. На улице возле дома играли четверо или пятеро детей во главе с двенадцатилетним мальчиком. Один из них, увлеченный игрой, выбежал вперед и врезался в Дайсабуро, после чего оба рухнули на краю дороги. Матадзо, хоть и понимал, что все произошло без злого умысла, увидев, как его хозяина кто‑то сбил с ног, да еще и мальчишка из семьи мелких самураев, схватил того за шиворот и принялся безжалостно избивать. Безусловно, Матадзо не должен был так поступать. Эти мальчики ведь тоже дети самураев. Разве это дело – просто так избивать людей, не разобравшись в ситуации? Кроме того, оскорбление низшего по статусу вызвало у детей обиду и злость по отношению к семье, стоящей по положению выше. Они тут же позвали своих друзей, каждый из которых прихватил с собой деревянный меч или бамбуковую палку, и человек пятнадцать-шестнадцать, подняв боевой клич, погнались за обидчиками. Среди них был и юноша постарше с копьем тампояри^[76]. Это действительно испугало Матадзо. Тем не менее извиняться сейчас он не собирался, полагая, что это будет слишком унизительно. Вместо этого, волоча юного господина за собой, слуга бросился прочь со всех ног и укрылся в особняке Сугино. Дети, преследовавшие их, громко кричали у ворот:

– Вот погоди! На экзамене по канонам мы точно тебе отомстим.

Лицо ввалившегося в прихожую Дайсабуро было смертельно бледным. Те угрозы услыхала и госпожа, от этого ее и без того натянутые нервы стали еще более напряжены. Все дети, участвовавшие в ссоре, должны были сдавать экзамен по чтению канонов в следующем месяце. Как водится, дети знатных родов и потомки менее влиятельных семей редко уживаются друг с другом. Дети знатных семей, насмехаясь, называли детей рангом ниже каракатицами, намекая на их низкий статус^[77]. Но те не оставались в долгу и обзывали своих противников осьминогами. Такие перепалки между «каракатицами» и «осьминогами» продолжались из года в год. Иногда даже доходило до драки, и дежурные чиновники вместе с сопровождающими слугами с трудом справлялись с ситуацией. Раз даже случайная встреча могла привести к такому результату, то уж если противник затаил обиду и готов отомстить, беды не избежать. На экзамене по чтению канонов большинство участников всегда «каракатицы», в то время как «осьминоги» в меньшинстве. Будь Дайсабуро от природы наделен решительностью и смелостью – одно дело, но он был кротким и нежным по характеру, что еще больше усугубляло беспокойство матери. Она боялась, что распустившиеся в этом году ипомеи накликают беду.

Уже поданное на экзамен заявление нельзя было отозвать без уважительной причины. Госпожа понимала, что даже если попытаться объяснить ситуацию мужу, тот, по своему характеру, не прислушается к ее тревогам. Так что женщине пришлось страдать в одиночку. А тем временем приближался день экзамена. Тревога становилась все сильнее, каждую ночь она видела дурные сны, а в гаданиях выпадало лишь несчастье. Наконец госпожа уже не могла этого выносить и, надеясь найти способ избавить сына от участия в экзамене, тайно обратилась за советом к одному из своих слуг, Хэйскэ.