Книга Рождение Чарны. Том 1. Шпионы Асмариана, страница 138 – Алена Лотос

— Я бы… — вовремя остановив себя, я понял, что не могу сказать правды. Она такая же, как и все. Она не поймет. Надо что-то срочно сочинить. — Я бы подарил его Оливии.

— Кстати, об этом, — бездонными глазами цвета древесной коры, Авия продолжала изучать мое лицо, — Дата свадьбы назначена на день перед Саман Химат. Наши Друиды-астрологи вычислили, что это самый благоприятный период для вашей пары. Как идут приготовления?

Я неопределенно отмахнулся, так как не знал. Эти вопросы взял на себя кто-то еще, чтобы я мог спокойно заниматься делом всей жизни. И каждая минута, проведенная здесь, за едой или во сне — отодвигает момент моего триумфа, момент истинного наслаждения!

— Оливия-Сантима и ее семья переживают из-за твоей отстраненности. Лиджев Пантало́р Гила́нджи недоволен тем, что ты за вселето ни разу не зашел к ним, не отправил адвокатов для обсуждения брачного договора и не одарил родителей невесты подарками. Ты же представитель нашего сословия, Ариэн! Как ты можешь быть таким безответственным!

Эти укоры начали меня утомлять. Она не понимает! Они все не понимают! Какие могут быть разговоры о подарках, визитах и свадьбе, когда на кону — величайшее произведение мировой живописи?

— Микарли! Вы не понимаете, у меня нет ни одного свободного мгновения. Я занят всегда, все время, и когда я закончу, мои будущие родственники будут благодарить на коленях Митару и ее благословенных сестер за то, что я — их зять!

Я подскочил и в возбуждении начал мерить гостиную большими шагами. Авия Силента сложила руки на коленях и, слегка откинувшись на спинку кресла, некоторое время наблюдала. Потом заговорила. Тоном, который моментально возвращал в детство, полным чуткости и заботы, которых мне тогда так сильно не хватало:

— Ариэн, друг мой сердечный… Ты, кажется, нездоров. Скажи, зачем у тебя на столике стоит банка со священными бабочками альфис? Они очень хрупкие создания — зачем держать их дома?

Я заозирался, понимая, что прокололся. Большая стеклянная банка из-под мирктарских леденцов подошла для содержания бабочек как нельзя лучше. Я наловил их у спуска к реке и теперь каждый вечер перед сном рассматривал ровное зеленоватое свечение их крылышек. Казалось, что в них скрыты послания, приготовленные для меня Митарой. Когда они умирали — я ловил новых.

— Я любуюсь ими.

— Все священные животные преблагой богини Митары находятся под присмотром и защитой Круга и всех Друидов Великого болота, — немного торжественно произнесла Авия Силента, поднимаясь из кресла.

Она быстро и грациозно подошла к столику и выпустила всех томившихся внутри банки бабочек. Чуть размяв конечности и крылья, насекомые вспорхнули единой светящейся стайкой и вылетели в распахнутое окно. Я следил за их полетом и жалел, что не мог присоединиться к ним. Уж они-то точно видели Лик богини.

— Скажи мне, набе́ [10: На́бе — сын (мет.)], ты сделал то, что обещал мне?

— Нет, микарли. Я вам солгал.

— Я призываю тебя исполнить твое обещание и прекратить, — строго, добавив властности в голос, ответила Авия Силента. Теперь это была Воплощающая Землю, а не моя воспитательница ипокровительница. — Я не буду призывать богиню в свидетели, лишь напомню тебе о слове Правителя. Данное однажды, оно должно исполняться неукоснительно.

Но разве я давал его Тогда?