Книга Темный Юг, страница 31 – Алена Лотос

— Ой… — пискнула девушка и прикрыла губки обеими ладонями. — Но говорят…

— Всё врут, — улыбнулся Артур.

— Прошу прощения! — быстро пробормотала девушка, неуклюже поклонилась и бросилась в отряхивающуюся недовольную толпу.

— Я еще могу понять, почему крестьяне приняли меня за ведьму, — тяжко вздохнула Ева. — Им все маги на одно лицо. Но чтобы аристократы не разбирались, кто перед ними…

— В этом они не так уж далеко ушли от крестьян, — тихо хмыкнул Артур.

Его Величество и госпожа Маргарита вскоре покинули собравшихся, напомнив, что вечером ожидается большой пир в честь праздника. Воодушевленные придворные бросились по своим комнатам. Им предстояло привести себя в порядок после прогулки под дождем, переодеться в подобающие, еще более вызывающе-дорогие наряды.

А Ева мечтала о том, чтобы поскорее убраться из дворца. В тюрьме рядом с немногословным клириком и палачом все было понятно. Ее приговорили, хотели казнить за множество преступлений, ждали только приказа. Приказа все не поступало, и они томились, волком посматривая друг на друга. Иногда клирик принимался читать нотации, рассказывать о ложной вере в приметы. О каком-то Высшем духе. О темной магии и ее превращениях. Ева ждала приговор и не верила, что он случится, она знала, что Артур найдет способ вызволить ее. Оттого была спокойна и кротка. Во дворце же ничто не делалось просто так. И ожидание решения Его Величества об их судьбе, томило куда больше ожидания смертного приговора.

Вечером, когда погасло солнце,за супругами зашел Кармель. Эксперт по приметам, также, как и его приятель-камердинер, всячески делал вид, что не замечает Еву. Он старался не смотреть в ее сторону и говорить только с Артуром. Девушку это смешило и немного расстраивало. Воистину, люди все одинаковы, а внутри каждого аристократа сидит распоследний крестьянин.

— Господин Артур, позвольте, я сопровожу вас в большой пиршественный зал, — продекламировал Кармель и неожиданно предложил Еве локоть.

Шли теми же богато, даже вычурно украшенными залами и коридорами. Периодически Кармель останавливался у разных статуэток, картин или ваз с цветами, и совершал ритуалы. Одному подмигнуть, другому улыбнуться, перед третьим подергать себя левой рукой за мочку правого уха. Гости повторяли. Ева все больше смущалась. Все действия и ритуалы отдавали полной бессмыслицей. Примет в этих изысканных комнатах не водилось. Та же пустота, что и в парке. И чем ближе пиршественный зал, тем больше ширилось в сознании это ощущение пустоты.

Воздух заполняли запахи, вытесняя всякую свежесть. Дамы, пахнущие крепким парфюмом и потом, смотрели на Еву со снисходительным пренебрежением. Кавалеры, пропахшие сигарами, горячим вином и похотью, смотрели с плохо скрытой похотью. Мимо проплывало множество лиц, скрытых за масками животных. Но как маска не может скрыть глаз, так ничто не способно укрыть от мага человеческой ауры. Ева моргнула, сосредоточилась и резко распахнула глаза.

Ауры колебались и соприкасались друг с другом, терлись, будто нежные котята. Пудрово-розовые, бирюзово-голубые, изумрудно-травянистые, благородно-синие, кроваво-рубиновые… И все, абсолютно каждая душа впитала крапинки тьмы. У кого-то больше, у кого-то меньше. Неужели Его Величество этого не видит?

По углам клубилась тьма. Давняя подруга, давний враг. Она, словно вечерний туман, расстилалась над полом драгоценных пород дерева и плыла под потолком, заслоняя плачущие воском свечи. Дыхание Евы перехватило. Почему? Откуда здесь столько тьмы? Неужели никто не изгоняет ее? Не чистит?..