Книга Темный Юг, страница 29 – Алена Лотос

— Выходи на площадку перед садом, — ответил юноша, — Дальше будем действовать по ситуации.

Придворные расступались. Придворные пропускали вперед странную пару, одетую во все черное. Они шли, будто чета сюзеренов, одни им разве что не кланялись, другие гневно шипели позади. Но никто не остался равнодушным.

— Она пришла без маски! Что она о себе возомнила⁈

— Кажется, скоро все девицы поснимают маски, ты гляди, как они пожирают ее глазами. Что же мы тогда увидим? Прыщи и белила?

— Чур, мне первой она будет гадать!

— Становись в очередь, нахалка!

Ева быстро осмотрелась, выискивая добрые приметы. Брачующиеся грачи — к теплой весне. Девушка с красным шарфом — к удачным сделкам. Южный ветер в полдень весеннего равноденствия — к далекой дороге. Не так все плохо. В ответ на мысли заныло клейменное плечо. Девушка поморщилась. Клеймо обладало неизвестной магией, запечатывало часть энергии. Кажется, все повторялось.

Возле лестниц, спиной к столпившимся зрителям, стояла пара. Высокий красивый мужчина с длинными смоляными волосами всматривался в далекий лес. Весенний ветер трепал полы серо-сизого камзола. Красивая фигуристая шатенка в белоснежном платье держала мужчину за руку. Их пальцы переплелись, и в этом жестесквозила неприкрытая нежность. Девушка не двигалась, ее ровная оголенная спина покрылась гусиной кожей.

— Лес расстилается, — вдруг нараспев прочитал мужчина, и дворяне встрепенулись, — Лес просыпается. Ведает Лес кто грешен, кто кается. Ведает Лес, карает и милует, чудес и примет изобилует… Встанем же, Лесу пошлем все поклоны, от людей благодарных и от света короны.

Замершие придворные торопливо поклонились следом за Высшим сюзереном. Солнечные лучи сплелись над его головой в небольшую корону. Мужчина поправил невесомую корону так, будто она съезжала с его макушки и продолжил чтение стихов-заговоров.

Поднявшийся ветер постепенно разгонял серые тучи. Меж тяжелых прогалин показывалось высокое весеннее небо. Ветер ерошил прически, поднимал подолы легких платьев, забирался под камзолы. Придворные ежились, бодрились, старались не показывать, что ужасно замерзли. Никто не решался пользоваться магией чтобы хоть немного согреться. Боялись спугнуть благоприятные приметы и навлечь на себя гнев Его Величества.

— Вечером всех будут отпаивать горячим вином, — шепнул Артур и погладил замерзшие пальчики Евы. — Знатная будет попойка.

— Откуда ты все это знаешь? — спросила Ева, едва размыкая губы.

Ей понравилось наблюдать за точными, аккуратными жестами и действиями Высшего сюзерена. Хотя с высоты ее знаний — большая часть ритуалов не несла никакого смысла.

— Провел тут какое-то время пару лет назад, — улыбнулся Артур. — Но надеялся больше никогда сюда не вернуться.

Вдруг человеческое море зашевелилось, и Ева не успела ответить. Его Величество так ни разу и не обернулся, но теперь стоял, вытянув вверх левую руку в белой перчатке. Постепенно ладонь сжалась в кулак. Его прекрасная дама повторила жест, а следом за ней и остальные. Так, с вытянутыми в небо кулаками, они двинулись вниз, в парк.

По краям широких гравийных дорожек стояли слуги, согнувшиеся в полупоклонах. Ева заметила, что у некоторых ветер растрепал зажатые в руках букеты. Лепестки осыпа́лись на землю, ветер хватал их и уносил в небо. Странная примета. Сулит мелкие невзгоды.