Книга Рассвет и лед, страница 37 – Хелен Мерелль

– Он явно сыт, – говорит Эрек, – так что он не станет рыться в портовых мусорных баках.

Я хотела спросить, слышал ли он о подобных случаях от Аниты, как вдруг ветер донес до меня тихий стон. Воздух над фьордом дрожит. На фоне легкого тумана вырисовывается силуэт. Я узнаю длинные волосы, покрытые инеем, и потерянный взгляд утонувшего моряка.

Иногда духи отчаянно цепляются за первого шамана, который встречается на их пути. Чего они хотят от нас? Обещания, что все будет хорошо в неизвестном для них мире? Или чуда, что вернет их к жизни?

Матрос, исчезнувший с «Полярной звезды», кажется, очень расстроился, увидев меня. Возможно, он последовал за мной неосознанно.

Отдав Эреку бинокль, я слезаю со снегохода. Снег хрустит под ногами. Я машу рукой духу в надежде, что он заговорит. Я покрываюсь мурашками при его приближении. Дух пытается дотронуться до меня, но у него не получается, отчего он огорчается еще сильнее.

– Ты покинул свое тело, – мягко говорю я. – Ты больше не можешь прикасаться к людям, но я слышу тебя. Хочешь, я расскажу дяде о том, что с тобой случилось?

Он протяжно застонал, и у меня защемило сердце от боли. Позади меня, на дороге, Эрек заглушил двигатель снегохода.

– Ты ведь видишь меня, да? Я похожа на сверкающее пятно. Это потому, что я шаманка, та, кто может пересекать границу между миром живых и мертвых. Меня зовут Десс. Назовешь мне свое имя?

Черты лица юноши подрагивают, будто ему все труднее оставаться в нашем мире. Это не плохо, но я чувствую, будто он хочет донести до нас что-то, прежде чем исчезнет. Ради своего дяди, без сомнений.

– Я постараюсь предупредить твою семью, хорошо? Когда они смогут оплакать свое горе, тебе тоже станет легче.

Пустой взгляд молодого моряка причиняет мне боль. Вряд ли мое обещание для него что-то значит, но, как шаманка, я привыкла предлагать мертвым то же, что и живым, – утешение. Поэтому для начала мне стоит узнать у капитана Савича его имя и имя его дяди.

Прибыв в Иттоккортоормиит, мы обнаружили весь экипаж «Поляной звезды» в единственной открытой в это время года гостинице. Ресторан превратили в штаб-квартиру расследования. Маркс и Дженсен, должно быть, остались на месте крушения, а Ленора сидит в углу, перед ней на столе разложена большая карта. Она радостно нас приветствует.

– Ты поговорила со своим коллегой-шаманом? С тем, кто утвердил предполагаемый маршрут?

– Еще нет. До него трудно дозвониться.

Ленора понижает голос:

– Маркс проверил его допуск. Он был в ярости и пытался дозвониться до твоего дедушки, но никто не ответил.

Меня бросает в дрожь. Я с трудом выдавливаю улыбку.

– Атак сейчас немного занят.

Лучше хоть немного продвинуться в расследовании к тому времени, как сюда явится Маркс…

Эрек отводит меня к Толику, главному механику «Полярной звезды». Он тоже русский. Опухший из-за драки нос искажает голос. Синяки на лице почти черно-фиолетовые. На мои вопросы Толик отвечает с явной неохотой и продолжает гнуть свое: упал с лестницы в машинном отделении.

Через некоторое время наш переводчик берет все в свои руки. Я не понимаю, о чем они говорят с Толиком, но, похоже, компромисс находится, поскольку тон механика стал спокойнее. Наконец Толик пожимает плечами.

– Он упал, – переводит Эрек.

Должно быть, к духам я более терпелива, чем к людям, поэтому не могу удержаться от полной недоверия усмешки. Толик хлопает себя по бедру и продолжает объяснять.