Книга Рассвет и лед, страница 35 – Хелен Мерелль

– Доброе утро, Десс. Хорошо спалось?

Я бормочу что-то невнятное в ответ и хватаю самую большую кружку, которая попадается мне на глаза. Эрек наполняет ее до краев горячим кофе. Мышцы его рук напрягаются, а рукав футболки задирается, когда он поднимает кофейник. Я отворачиваюсь, скривившись. Никому не позволено так хорошо выглядеть по утрам.

Но этот парень, похоже, исключение. Веселые темные глаза, светлые волосы, сверкающие в лучах весеннего солнца, и золотистая кожа, такая же аппетитная, как поджаренный Анитой хлеб. С теплой улыбкой Эрек смотрит, с каким аппетитом я поглощаю завтрак.

– Ты провела полночи, расспрашивая духов?

Я застываю с открытым ртом. Неужели он специально так говорит? Если Эрек почувствовал волны моего зова через стену, разделяющую наши комнаты, то это говорит о том, что он крайне восприимчив к магии. Но я так и не смогла узнать, насколько силен его дар. И его происхождение. И его полное имя.

– Это моя работа, – наконец соображаю я.

На этом все. Хороший ответ, довольно расплывчатый и в то же время уверенный.

Эрек потягивается, словно довольный кот. Должно быть, он подозревает, что я искала объяснение кораблекрушению. Вот если бы у меня было достаточно опыта…

Я решаю связаться с дедушкой, чтобы тот помог мне отыскать Янука. Необходимо подтвердить, что именно он поставил подпись в бортовом журнале «Полярной звезды». Возможно, Янук сможет рассказать больше о духах, обитающих в бухте Онэ. Не их ли гнев вызвал волну агрессии, захватившую экипаж? Как духи вообще попали на корабль? Это лишь некоторые вопросы, на которые, надеюсь, можно будет получить ответ.

Трубку поднимает моя кузина Наасия. Она живет по соседству и присматривает за дедушкой с тех пор, как он сломал ногу.

– Прости, – отвечает она, – но его нет дома. Ребенку Науджи исполнился месяц. Им нужно сегодня выбрать имя. Атак не хотел, чтобы Науджи откладывала церемонию. Он сказал, что сегодня самый благоприятный день.

– У него еще недели постельного режима, разве нет?

– А ему попробуй хоть слово скажи! – нервно усмехнулась Наасия. – Он попросил Апулу отвезти его туда в своем любимом кресле и рассердился, когда твоя мать отказала.

И почему я не удивлена?

Атак соблюдал постельный режим в течение месяца, что уже для него великий подвиг, ведь он куда больше привык раздавать приказы, нежели подчиняться…

– Ты можешь кое-что передать дедушке? Пусть он свяжется с Януком. Я перезвоню вечером.

– Это из-за того корабля? Я по телевизору видела. Раз уж ты приехала сюда ради расследования, то, может, и в деревню заедешь? Атаку нужна компания, да и ты еще не видела ребенка Науджи…

Я прервала разговор. Моей семье трудно понять, почему я решила поехать учиться в столицу. В последнее время меня все чаще терзают сомнения. Я ненавижу город и обшарпанные квартиры, в которых живу.

Кстати, не забудьте, что до начала второго семестра нужно найти другое жилье…

Со своей грошовой стипендией и подработками в качестве шаманки мне особо не из чего выбирать. Скорее всего, придется снять комнату в квартире или небольшую студию в одном из многоквартирных домов на окраине города, недалеко от аэропорта. Мне просто нужно место для ночлега, что-то практичное.

Ты всегда можешь бросить учебу и вернуться в деревню!

Я уже думала об этом. Я не знаю, где хочу жить, и это проблема. Отчасти кочевая жизнь, которую избрали для себя Килон и Янук, меня тоже привлекает.