Книга Гленнкилл: следствие ведут овцы, страница 53 – Леони Свонн

Перед ней стояла целая корзинка сконов, аккуратно прикрытая салфеткой от мух, но овцы все равно чувствовали запах. Женщина окунула скон сначала в жидкие сливки, а потом в красный джем. Она взяла чайник, налила чай в пластиковый стаканчик, бросила туда два кусочка коричневого сахара и добавила сливок. Сконы, джем, сахар, сливки и чай были разложены на огромном пестром покрывале в клетку. Кроме того, на нем лежали бутылка апельсинового сока, сливочный сыр, песочное печенье, тостерный хлеб, баночка майонеза и салат из помидоров с петрушкой. Само покрывало немного залезло на овечий выгон недалеко от скалы, к счастью, в том месте, где самые вкусные растения уже общипали. Кричащие цвета пугали овец. Они и без того нервничали, потому что Габриэль после летнего танца в погоне за сорокой оставил их одних.

Немыслимые ароматы витали над выгоном и ласкали ноздри. Овцы держались на безопасном расстоянии, но с нескрываемой жаждой следили за корзинкой сконов и салатом из помидоров.

На краешке покрывала сидела сердобольная Бет – черный комок неуютности с тонкими запястьями и безупречно гладкой прической – и старалась занимать как можно меньше места своей пышной юбкой. Она ничего не ела, но то и дело подносила руку к груди и хваталась за маленький блестящий предмет. Когда она так делала, баночка майонеза покачивалась.

– Вера. – Она вздохнула. – Вера не может быть простой.

– Собственная не может. А вот с чужой все очень просто. – Незнакомка засмеялась. Уже второй скон окропили сливки. – Угощайтесь! – предложила женщина.

Бет упрямо покачала головой. Она перевела взгляд на дольмен.

– Вам нужно поесть, – сказала женщина, – есть полезно. Вы ведь мало едите, – добавила она, окинув взглядом тощие волосатые руки Бет.

– Да, – ответила Бет твердым голосом, – я мало ем. Я живу рядом с кафе, где торгуют навынос. Когда каждый день смотришь, как люди бездумно набивают брюхо, вместо того чтобы думать о спасении души, то аппетит пропадает.

Женщину слова Бет не слишком впечатлили, и она от души откусила скон.

– Знаете, что самое странное? – продолжила она не очень разборчиво, потому что еще не дожевала. – Знаете, когдалюди начинают думать, что сюда приезжает весь мир? Если им внушить, что тут полное уединение! Это их убеждает. Уединение – вот чего все ищут. Если какое-то место уединенное, то множество людей приедет им насладиться.

Бет непонимающе уставилась вперед. Баночка майонеза закачалась. Мод подумала, как же неприятно пахнет Бет. Резко и приторно. Она пахнет долгим голодом. Она пахнет ранней смертью. Она портила Мод все удовольствие от аромата пестрого покрывала.

– Но я все же не понимаю, почему вы так беспокоитесь. – Женщину в красном, казалось, не волновали вонь и молчание Бет. – Здесь ведь как в сказке. Любому здесь будет хорошо.

– Мне нет, – ответила Бет. – Никто в Гленнкилле не чувствует себя хорошо. Тут произошли страшные вещи. Нельзя мне такое рассказывать, я же должна убедить вас остаться. Но я все равно расскажу. Меня не запугать. Господь на моей стороне.

– Страшные вещи? – беззаботно переспросила незнакомка. – Тем лучше. Люди обожают страшилки. Язычники замучили святого? Чудесно. Святые столкнули в море язычника? Еще лучше! Преступления – верный способ развития туризма.

Красная женщина ловко управлялась со словами. Корделия восхищенно заслушалась. Эта женщина была полна историй.