Книга Милый господин Хайнлайн и трупы в подвале, страница 132 – Штефан Людвиг

Госпожа Глински, сохраняя непроницаемое выражение лица, медленно вертела купюру в ухоженных пальцах. До сих пор она не проронила практически ни слова, и все же было ясно, что власть в этой комнате принадлежала именно ей, а не ее коренастому спутнику.

Хайнлайн указал на Марвина, который, словно робкий зверек, притаился за прилавком в полутени.

– Вы знаете его лишь поверхностно. Могу вас заверить: на него можно положиться безоговорочно. В его мастерстве вы только что имели возможность убедиться сами.

Марвин, заметно смущенный таким комплиментом, поежился под взглядом госпожи Глински.

– Речь идет не просто об исключительном специалисте, – добавил Хайнлайн, уловив ее недоверие, и в его голосе прозвучала легкая обида. – Но и о человеке, которому можно доверить… корпоративную тайну в полной безопасности.

Госпожа Глински внимательно оглядела Марвина с головы до пят, пока тот наконец не пробормотал что-то насчет контрдавящих цилиндров и тут же поспешно не убежал проверять настройки. В коридоре захлопнулась дверь подвала. Пока Марвин спешил по объединяющему ходу обратно к своей работе, Хайнлайн откинулся на спинку стула, скрестил руки на груди и выжидающе посмотрел на своих гостей.

– Это всё? – наконец спросила госпожа Глински.

– Разумеется, нет, – усмехнулся Хайнлайн.

– Ну?

Норберт, который мог предложить не просто замену, но продукт, несравненно более совершенный, теперь коснулся еще одного, не менее насущного вопроса: значения грамотного менеджмента. Адам Морлок, вне всякого сомнения, руководил делом твердой рукой и с большим успехом; после его ухода проблемы, казалось, стали очевидны для всех в этой комнате.

– Вы старались, – обратился Хайнлайн к Затопеку. – Но, как мне кажется… ну, вы по меньшей мере слегка перегружены, если позволите мне такое замечание. И уж тем более если вспомнить о вашем поспешном бегстве, которое поставило под угрозу не только продукт, но и все предприятие.

Госпожа Глински, судя по выражению лица, придерживалась того же мнения, а Затопек под ее едким взглядом вспыхнул краской до самых корней своих белокурых волос.

– Раз уж мы заговорили об этом, – продолжал Хайнлайн, все яснее понимая, что Затопек был не более чем простым исполнителем, – разумеется, это ваше законное право водить машину господина Морлока, ведь она оформлена на вас. Полагаю, он сам предпочел бы оставаться в тени. После того как автомобиль был изъят, власти, как мне известно, уже связывались с вами. Поскольку у вас есть дубликат ключей и вы являетесь официальным владельцем, никто не может запретить вам пользоваться этим автомобилем. Однако, принимая во внимание специфику вашей деятельности, я бы все же рекомендовал… ну, скажем так, более неприметное средство передвижения.

Затопек уставился в колеблющееся пламя свечи, с трудом сдерживая злость, а госпожа Глински взглянула на Хайнлайна исподлобья, слегка приподняв идеально выщипанную бровь.

Норберт подвел краткий итог: у фирмы есть две открытые вакансии, и теперь, когда для одной уже найден кандидат, настало время заполнить вторую.

– Таким образом, мы приступаем к собеседованию, – улыбнулся он. – Вряд ли мне нужно подробно рассказывать о своих рекомендациях. Как владелец семейного бизнеса в третьем поколении, я, помимо многолетнего опыта, лидерских качеств и стратегического видения, располагаю также полноценной инфраструктурой: предоставляю не только помещения, но и средства производства… Господи! – Глаза Хайнлайна расширились в искреннем ужасе. – Я же не предложил вам эспрессо!