Книга Заколдованное кресло, страница 60 – Гастон Леру

– Да, да… конечно. И великана Тоби тоже.

– Тогда – браво! Заодно там и пообедаем, в Ла Варенне, в привокзальном ресторанчике, пока будем ждать обратный поезд.

– Если только нас не пригласит к обеду сам великий Лустало. Что вполне вероятно, если подумать.

И они стали было спускаться, чтобы бежать на ближайший, Венсенский вокзал.

Тут раздался телефонный звонок.

– Должно быть, госпожа Лалуэт, – предположил новоиспеченный академик. – Скажу ей, что мы пообедаем за городом. – Он бросился к аппарату и сорвал трубку.

Телефон помещался в самой глубине комнаты, под маленькой электрической лампочкой. Была ли в том вина электрического света, произведшего столь странный эффект, или же в трубку было сказано нечто такое, что потрясло беднягу, но г-н Лалуэт совершенно позеленел. Г-н Патар, наблюдая это явление, обеспокоенно спросил:

– Случилось что-нибудь?

Г-н Лалуэт бессильно повис на аппарате.

– Не клади трубку, Евлалия… надо, чтобы ты повторила это господину непременному секретарю.

– Что такое? – спросил, вздрогнув, г-н непременный секретарь.

– Письмо! От господина Элифаса де ла Нокса! – ответил г-н Лалуэт, продолжая неудержимо зеленеть.

Услышав это, сам г-н Патар сделался желтым, как лимон, и испустил возглас крайнего изумления. Потом схватил второй наушник и прижал к уху.

Они оба слушали голос г-жи Лалуэт, зачитывавшей им текст письма, пришедшего на имя г-на Лалуэта:

«Мой дорогой г-н Лалуэт. Я счастлив вашими успехами и глубоко убежден, что такому человеку, как вы, нечего опасаться, что какое-либо досадное волнение прервет нить вашей торжественной речи. Как можете судить по марке этого письма, я все еще в Лейпциге, но с тех пор, как мы с вами познакомились, мной овладело известное любопытство, и я постарался навести справки об этом странном деле, случившемся в Академии. Я стал размышлять о нем и, наконец, задал себе вопрос: а так ли уж естественно, что трое академиков умирают один за другим, собираясь сесть в кресло монсеньора д’Абвиля? Не кроется ли где-то подлинная причина их гибели? В конце концов, то, что я их не убивал, еще не доказывает, что они не были убиты. Будто мало убийц на свете! Впрочем, эти мои рассуждения не должны вас остановить. Ведь даже если имелись причины для исчезновения гг. Мортимара, д’Ольнэ и Латуша, это, возможно, еще не означает, что есть такие же причины для исчезновения г-на Лалуэта. Мои поклоны и наилучшие пожелания г-же Лалуэт.

Элифас де Сент-Эльм де Тайбур де ла Нокс.»

В поезде, который вез их в Ла Варенн-Сент-Илер, г-н Патар и г-н Лалуэт размышляли.

Вероятно, их размышления были довольно унылого свойства, поскольку они не сделали ни одной попытки поделиться ими друг с другом.

Письмо Элифаса, увы, было преисполнено ужасного здравого смысла:

То, что я их не убивал, еще не доказывает, что они не были убиты. Будто мало убийц на свете!

Эта фраза засела у них в головах, как заноза. Очевидно, что г-ну Лалуэту она доставляла гораздо больше страданий, но и г-н Патар совершенно от нее занемог. Разумеется, он потребовал от г-на Лалуэта объяснений и получил их в виде подробного рассказа о визите неотразимого Элифаса. Впрочем, откровенность г-на Лалуэта ничто более не сдерживало, так как он уже был избран – окончательно и бесповоротно. Но я полагаю, что даже не будучи избран, он все равно поведал бы эту историю, ибо письмо Элифаса заставляло его теперь беспрестанно терзаться вопросом: а стоило ли так радоваться своему избранию?