Книга Наследник дона мафии, страница 123 – Тала Тоцка

— Хочу узнать…

Я давно знаю, я уверена, и все же…

От волнения закусываю губу.

Сейчас я его увижу. Моего малыша. Сына Феликса.

Сердце бешено колотится, как будто я пришла на экзамен.

У меня даже слезы выступают. Быстро их вытираю и так же поспешно улыбаюсь. Синьора врач благожелательно наклоняет голову в знак согласия.

Она водит датчиком по животу, и вскоре на экране появляется крошечная фигурка.

Настоящая человеческая фигурка.

Мой малыш.

Невозможно описать, какая эйфория охватывает меня, когда я его вижу.

Слезы брызжут фонтанчиками, даже достают до рук синьоры. Она смотрит в экран, щурится и поворачивается ко мне с той же благожелательной улыбкой:

— Поздравляю, Роберта, у вас будет сын. Очень красивый мальчик!

Зажимаю рот ладонями, чтобы не разрыдаться прямо на месте. Горло перехватывает судорогой от безусловного, бесспорного счастья, захлестнувшего с головой.

— Спасибо вам, — бормочу, захлебываясь.

Доктор наклоняется и мягко трогает меня за локоть.

— Ну что вы, не надо сдерживаться! Плачьте, милая! Знаете, как я рыдала, когда впервые увидела своего Марко? Ооо… — она закатывает глаза и цокает языком, — я чуть не утопила в слезах и врача, и всю свою родню, когда вернулась домой.

Меня сразу отпускает, я благодарно пожимаю ей руку и позволяю слезам свободно катиться по щекам. Всхлипываю, шмыгаю носом, а синьора врач удовлетворенно кивает.

— Ну вот и хорошо. А я пока посмотрю, какие у нас пальчики. Вы еще не думали над именем, синьорина? Бывает, родители заранее придумывают имена и для девочки, и для мальчика, — она внимательно следит за экраном, и я понимаю, что таким образом пытается меня отвлечь.

— Придумала, — шмыгаю, — Рафаэль.

— Оу, как красиво! — восхищенно говорит синьора. — Ему идет. Вы только посмотрите на этого красавчика!

Она поворачивает экран ко мне, чтобы было лучше видно. Я вижу крупным планомкрошечное личико и снова реву. Конечно, там еще ничего не видно, но я не сомневаюсь, что мой сын будет самым красивым мальчиком не только в Потенце, а и на всей планете.

Потому что он будет похож на своего отца.

Боже, пожалуйста, сделай так, чтобы он был похож на Феликса…

— А почему Рафаэль? — продолжает допытываться синьора врач, водя датчиком по животу и делая записи. — Вы любите живопись? Восхищаетесь эпохой Возрождения?

— Нет, — качаю головой, шмыгаю носом, — просто его папа пират.

Синьора застывает с датчиком, узкие брови взлетают вверх в удивленном изгибе.

— Рафаэль Сабатини, — спешу пояснить, — «Хроники капитана Блада» читали?

— Кто же не читал «Капитана Блада»! — хмыкает синьора. — Прекрасный выбор, Роберта, просто отличный! А мальчик у нас здоровенький, по крайней мере у меня к нему нет никаких претензий…

Облегченно вздыхаю. Это самое главное.

К тому же, синьора доктор приняла мои слова о пирате как ошибку. Во мне иностранка видна во всем — и в акценте, и в поведении, поэтому мне простительно ошибаться.

Только я не ошиблась.

Феликс был самым настоящим пиратом, и поэтому я зачитала до дыр все книги о капитане Питере Бладе, которые нашла в библиотеке бабушки Эльзы.

Мне они и раньше нравились, а теперь я готова перечитывать бесконечно. И пересматривать. Я как только достала книгу с полки и прочла имя писателя, сразу поняла, что мой сын будет Рафаэль.

Раэль. Раэлька. Эль.