Книга Девушка за границей, страница 94 – Эль Кеннеди

Видимо, сегодня все будет иначе.

Кажется, спустя целый час наконец подходит очередь и нас поспешно направляют во дворец. Вслед за остальными мы проходим через безупречные залы, потом через охрану, и после всех формальностей попадаем в бальный зал, где уже собралось несколько сотен элегантно одетых гостей. Все они разговаривают, пьют шампанское и едят закуски. На сцене, слегка возвышающейся над паркетом, оркестр из десяти человек играет каверы современных поп-песен. Оказавшись под сводом высокого расписного потолка, взирающих сверху вниз портретов маслом и бесценных ковров, я чувствую себя крошечной.

– Ущипни меня, – шепчет Ли.

Я легонько щипаю его за предплечье.

– Поверить не могу, что мы здесь. Мама с папой такого и представить себе не могли. – Ли оглядывает экстравагантный интерьер с выражением неприкрытого восторга. – Селеста, наверное, никогда больше со мной не заговорит.

– Прости.

Он подмигивает мне.

– Оно того стоило.

Когда я впервые после приезда в Лондон шла в кампус, какой-то мужчина на улице вручил мне буклет с экскурсиями по Кенсингтону. И вот теперь я здесь, по другую сторону бархатных канатов, и замечаю в толпе Элтона Джона. Я невольно прихожу к мысли, что папа уже собрал бы вокруг себя аудиторию. Будто из воздуха достал бы гитару, и все попросили бы его спеть. Не потому что он знаменит – а потому, что у него такая энергетика. Любое помещение сжимается вокруг Ганнера Блая. Люди объединяются вокруг него. Это харизма.

А вот я, напротив, съеживаюсь. Будто пытаюсь отступить в тень собственного наряда, слиться с толпой. Я не знаю толком, как попала сюда, но мне здесь точно не место.

Тут Ли подхватывает меня под руку.

– Видишь дамочку вон там? В прошлом году она въехала на «роллс-ройсе» в двери кондитерского магазина. – Он незаметно кивает, поглядывая назад себя. – А вот того парня видишь? – Он дожидается, пока я не выловлю в толпе какого-то типа в другом конце зала. – Он потомок Наполеона и некоторое время был губернатором маленького шведского городка, пока не выяснилось, что он импортирует конину под видом лосятины, чтобы получать откаты.

– Эбби? – К нам незаметно подкрадывается Бенджамин Талли. Смокинг сидит на нем просто идеально, и выглядит он сногсшибательно. С обычным своим очарованием он подносит к губам мою руку и вежливо целует костяшки пальцев. – Если позволите сказать, платье просто потрясающее.

– Ну, вы знаете… – Я слегка расправляю юбку. – В конце концов, когда еще удастся выйти в свет? Просто попалось под руку.

– Не сомневаюсь. – Бен улыбается так же дерзко, как в тот день, когда мы впервые увиделись за обедом, и так же обезоруживающе. Потом переводит взгляд на Ли. – Бен, – представляется он.

– Ли. Спасибо за приглашение, приятель.

– Конечно, вам тут очень рады. – Голос у Бена становится довольно напряженным, как и вся его поза. – Приятно познакомиться с другом Эбби.

А по голосу не скажешь. Как истинный англичанин, он кривит верхнюю губу – так, что, кажется, вот-вот лицо треснет.

– Скажите нам, вот тот парень… – Ли указывает на худощавого блондина, смахивающего на молодого Дэвида Бекхэма. – Это правда Колин Хартнесс?

Бен прослеживает направление его взгляда.

– Боксер с Олимпиады? Да, кажется, он. Они с принцем Джоном дружат со времен армии.

– Ясно. – Ли расправляет пиджак и целует меня в щеку. – Не жди меня, дорогуша.