Книга Девушка за границей, страница 76 – Эль Кеннеди

Кто эта девица, занявшая мое место?

Я сама себя не узнаю. Будто наблюдаю за происходящим из другого угла комнаты, не совсем понимая, что происходит, ничего не контролируя. В присутствии Джека во мне будто какой-то инстинкт пробуждается, и мной полностью завладевает подсознание.

Он не торопится, не напирает. Медленно и нежно ласкает мои губы, и у меня голова кружится. Джек касается своим языком моего, ласкает, дразнит, а потом отступает, и я с мучительным стоном пускаюсь за ним в погоню.

Я будто растворяюсь в нем, реагируя на каждое ловкое прикосновение, и тут Джек вдруг разрывает поцелуй, отстраняется, оставив меня потрясенной и бездыханной.

Джек молча смотрит на меня, и по его лицу невозможно что-либо прочесть.

– Я с ног валюсь. Пойду спать, – бормочет он и выходит из моей комнаты.

Синее платье растекается по полу.

Я озадаченно моргаю. Такое ощущение, что я все это выдумала. Ощущение как в тот момент, когда мутная фантазия, пришедшая в голову посреди дня, сталкивается с яростным солнечным светом, когда заходишь в здание после яркого солнца, и глаза не сразу адаптируются к тусклому помещению вокруг.

Что это было, черт возьми?

У меня целый день все валится из рук. Сначала я налила в хлопья кофе, потом выдавила на зубную щетку лосьон для рук. Джека я этим утром не видела и даже не знаю, к лучшему это или к худшему. По дороге в кампус я налетаю на сердитую итальянскую туристку, потому что слишком захвачена воспоминаниями о поцелуе, снова и снова проигрываю его в голове и анализирую каждое мгновение, а бедную женщину на своем пути заметила только тогда, когда ее шарф практически забился мне в рот.

Даже теперь, сидя на уроке, я пялюсь в собственные записи и понимаю, что трижды написала дату, а вот из того, что преподаватель сказал за последние сорок минут, не законспектировала ни слова.

Кто вообще так поступает? Подкрадывается к девушке, целует ее, ничего не объяснив, а потом отправляется спать?

Я просто в ярости.

А Джек – настоящий наглец.

Прекрати вести себя так, будто тебе совсем не понравилось.

Ладно. Поцелуй был не так плох. Даже очень неплох.

Но надо выбросить Джека из головы. Правила совместного проживания и все такое. Так что же, черт побери, мне делать с чувствами, которые он во мне вызывает? Кроме того, поскольку он меня все утро избегал, я понятия не имею, что он сам чувствует по этому поводу. И в этом даже ничего нового нет – я никогда не знаю, что чувствует Джек.

Скорее всего, он попросту сбросит все случившееся со счетов. Пошутит в разговоре с парнями, что я набросилась на него, когда он был слаб духом и нетрезв. Посмеется и спишет все это на пьяный инцидент. И как раз поэтому мне надо перестать так себя накручивать. Я сегодня обедаю с Бенджамином Талли, и нельзя показываться ему на глаза в таком раздрае. Когда занятия заканчиваются, я заскакиваю в уборную поправить прическу и макияж, а потом мысленно читаю себе лекцию.

Нельзя опозориться перед лордом.

Нельзя представить Джейми в невыгодном свете – ведь он устроил эту встречу.

Нельзя явиться на встречу с приставшей к туфле туалетной бумагой.

Вот так. Отлично сама с собой поговорила.

—–

Ресторан, где должна состояться наша встреча, находится в отеле где-то в двух милях от кампуса. Путь через Гайд-парк, причем неблизкий, но в свежий октябрьский день прогуляться приятно. Отель «Лейнсборо» находится рядом с Аркой Веллингтона и представляет собой шикарное здание в стиле греческого возрождения. У входа меня приветствуют двое швейцаров в официальных нарядах, и я тут же чувствую, что одета недостаточно хорошо. Интерьеры поражают изобилием: повсюду сверкающие мраморные полы, высокие колонны и причудливая резьба на потолке. Меня так^[31]и тянет сделать пару фотографий, но тут я замечаю, что за мной наблюдает мужчина у стойки администратора, и прихожу к выводу, что не стоит.