Книга Девушка за границей, страница 105 – Эль Кеннеди

Оказавшись на месте пассажира, он наблюдает, как я поправляю зеркала.

– Помни, – говорит он. – Красный знак со словом «стоп»…

– Означает, что надо разогнаться до восьмидесяти восьми миль в час и протаранить его.^[37]

Джек покрепче затягивает ремень безопасности.

– Просто постарайся держаться на своей линии и ни в кого не въехать.

Честно говоря, я слегка нервничаю, а потому соблюдаю ограничение по скорости. Надо привыкнуть к ощущению, будто едешь задом наперед. Судя по лицу Джека, его начинает одолевать ужас, и он, чтобы отвлечься, мычит под звуки радио. А потом случается небольшое недопонимание на перекрестке, где движение без остановки запрещено для всех направлений.

– Первым двигается тот, что справа, – говорит он, но уже слишком поздно, я надавила на газ. – Нет же, справа! Справа.

Я резко нажимаю на тормоза, отчего нас обоих бросает вперед. В итоге мы оказываемся посреди перекрестка нос к носу с другой машиной. Парень за рулем начинает гудеть – что за очаровательная английская манера.

– Прости, – едва дыша, говорю я. – Я думала, что мы едем первыми.

– О господи. Плохая была идея. – Джек закрывает глаза и спускается пониже на сиденье, пока мы не проезжаем перекресток.

– Да ладно. Ты разве не собираешься сказать, что тебе и в половину не так страшно, как в тот раз, когда ты в семь лет голыми руками отправил в нокаут кенгуру?

Он недовольно морщится в ответ.

– Я уже об этом жалею.

Если в этот раз он и говорит не всерьез, но в следующий – когда я пытаюсь укокошить нас на первом же круговом движении, – определенно.

– Ради всего святого, женщина. – Джек упирается руками в приборную панель, а ногами – в пол, как будто сможет перехватить контроль с пассажирского сиденья. – Ты что, специально целишься в другие машины?

У меня из груди рвется нервный смешок – нам чудом удалось выбраться невредимыми.

– Упс.

– Гребаные американцы. – Он облегченно выдыхает с видом человека, у которого только что вся жизнь пронеслась перед глазами, а душа ушла в пятки. – Вы просто долбанутые на всю голову.

– Что такого? Я же не специально. Это они не по той стороне едут.

Через некоторое время он явно сдается на волю судьбы, потому что почти не реагирует на все мои попытки попасть в аварию. Он даже расслабляется и рассказывает, как браться однажды оставили его почти час дрейфовать в море, потому что Джек рассказал маме, где они тайком хранят заначку с сигаретами.

– Сколько тебе было?

– Двенадцать, кажется, – откликается он, как будто это совершенно нормальный этап взросления. Тебя бросают в море, учат кататься на велосипеде – обычная жизнь.

– И что, они просто бросили тебя в воду посреди океана? – я глазею на него, открыв рот.

– Нет, у меня буги-борд был. Ноа взял лодку у родителей своего друга, и мы все пошли плавать. Я дрейфовал на доске, а к задней ее части был привязан канат. И вот не успел я сообразить, что к чему, как они бросают канат в воду и отчаливают. Решили, что нарежут пару кругов и посмотрят, как я себя поведу. Думали, я буду умолять их вернуться или заплачу. А я такой, мол,^[38]пошли вы, я доберусь до дома вплавь. И они меня бросили.

– Не обижайся, но братья у тебя отстойные.

Он пожимает плечами. Губы его растягиваются в усмешке.

– Иногда. Хотя, думаю, ты бы им понравилась. Хорошо бы вписалась в их компанию.