Книга Вы (влюбитесь) пожалеете, господин Хантли!, страница 225 – Екатерина Ильинская

Ключ в замке повернулся тогда, когда Хантли рассматривал скучную белую стену и подумывал о том, не нарисовать ли портрет и на ней. Но обстоятельства распорядились иначе, и стена так и осталась скучной и пустой.

Эрнет медленно закрыл блокнот и повернулся на звук. Для обеда было рано, для допроса поздно, а это значило, что сейчас его, скорее всего, заберут для оглашения приговора. Дверь распахнулась, являя господина Сорвена.

— Собирайтесь. Вас ждёт аудиенция у императора. — СМБшник протянул одежду и вышел, давая возможность сменить тюремный наряд на привычные вещи. Возможности пользоваться бытовыми заклинаниями больше не было, и пришлось смириться, что рубашка осталась измятой, да и брюки с жилетом выглядели не так опрятно, как обычно. Интересно, что на это сказала бы Амелия?

Мысли о любимой пришлось засунуть подальше. Хантли взял блокнот, вложил в него самопишущее перо и вышел. Других личных вещей ему не оставили.

По коридору шлимолча до тех пор, пока не оказались на выходе. Заспанный, но отчего-то радостный охранник отдал часы, портмоне и всё остальное, этим убедив Хантли в том, что сюда возвращаться не придётся. Но вот где закончится его путь?

На запястьях защёлкнулись наручники. Самые простые, но означающие, что это перемещение заключённого, а не освобождение. Стало быть, после аудиенции его ждёт… казнь?

Ни о чём расспрашивать господина Сорвена Эрнет не стал. СМБшник был при исполнении, и не хотелось ставить его перед необходимостью нарушить протокол. Да и какой смысл торопиться судьбу? Скоро он и сам всё узнает.

В закрытой карете, кроме них с Сорвеном, оказалось ещё двое. Можно было собой гордиться — не каждому преступнику доставалось в сопровождение три мага высшей категории. Во всяком случае, об этом говорили нашивки на форменных мундирах. А ещё это говорило о том, как сильно он — лорд Эрнет Хантли — достал императора. Словно ноющий зуб, не дающий спокойно жить. Эта мысль вызвала неуместный смешок, а маги настороженно переглянулись.

— Всё в порядке? — спросил тот, что сидел напротив, рядом с господином Сорвеном.

— Да. Прошу прощения. — Эрнет закрыл глаза. Перед внутренним взором тут же возник образ Амелии, и думать о ней было гораздо приятнее, чем о том, что ему предстояло.

* * *

Экипаж остановился в тот момент, когда Эрнет в своих воспоминаниях дошёл до ночной ловли монстра в доме на Книжной 32, заставляя сожалеть, что они так быстро доехали. А потом ещё раз пожалеть, что узкие дворцовые коридоры, предназначенные для слуг, тоже закончились быстрее, чем того хотелось бы. Хантли даже не заметил, как дошёл до небольшой двери, возле которой господин Сорвен снял с него наручники и кивнул, показывая, что пора заходить.

Это оказался малый приёмный зал. Внутри воль стен выстроилось целых пять магов и шесть стражников. По-мальчишечьи захотелось выкинуть какую-нибудь глупость в стиле Джейка, но Хантли подавил это желание. Только едва заметно улыбнулся.

Когда-то Эрнет был здесь на ежегодном неофициальном представлении наследников родов. Задолго до смерти родителей. Тогда, когда у него была семья и блестящее будущее.

Почему император выбрал для аудиенции именно это помещение? Разговор про Элеонору и Филиппа проходил в каком-то полупустом кабинете, явно никем неиспользуемом по назначению. Что изменилось на этот раз?