Книга Вы (влюбитесь) пожалеете, господин Хантли!, страница 223 – Екатерина Ильинская

— И кто попал в беду в этот раз?

«Император и страна», — произнёс про себя Хантли и чуть не рассмеялся. Настолько нелепо это прозвучало.

— Несколько человек. Но это не важно. Важно то, что ты понял, как действовать дальше.

— Я понял, Эрнет. Завтра в восемь утра весь город будет знать, что ты снова в столице, и перетряхивать подробности дела Элеоноры. Страшно представить, в какой ярости будет император… — Стив сделал паузу, словно не желая продолжать, но всё же договорил. — Если ты не появишься через неделю, я отправлю письмо в Рейвенхилл на Книжную 32 и отнесу эту папку в императорскую канцелярию.

Он постучал костяшками пальцев по собранному на Гудиса Панса компромату, подшитому под одну обложку.

— Но я надеюсь, что ты вернёшься. Имей в виду, я отвратительно переношу бюрократическую возню и наверняка что-то напутаю. Так что лучше тебе всё взять в свои руки.

— По мере возможности, Стив. Сделаю всё, что в моих силах.

— Ты в своём репертуаре.

— Все мы мало изменились за это время. — Эрнет улыбнулся, но никакой радости при этом не чувствовал. — И обстоятельства почти те же самые.

— Говорят, императорский оракул умер. Значит, обстоятельства всё-таки переменились. — Стив отвёл глаза в смущении и потёр шею.

— Говорят? — Хантли так удивился, что даже на секунду забыл, зачем пришёл в редакцию. — То есть ты не знаешь? Ты?

— То есть я не знаю, да! Я не знаю, ни кто это был, ни когда и при каких обстоятельствах его утащили в посмертиедирхи. А может, он и не умер вовсе. Может, просто уволился. Никакой информации. Ноль.

— Какой удар по твоей репутации и самолюбию. — Эрнет не сдержал смешок. — Но я уверен, что ты сможешь это пережить.

— А я надеюсь, что ты сможешь пережить свою самоубийственную затею. И будешь сам заниматься боданием с императорской канцелярией.

— Постараюсь. — Смеяться резко расхотелось. Как ни крути, а вопрос помилования в любом случае оставался за императором. И повода быть снисходительным у него не было.

— Ошур с тобой. Только он, пожалуй, и может помочь тебе выйти сухим из воды.

Увы, Ошур был не с Эрнетом Хантли, а где-то совсем в другом месте. С другим человеком. Поговорить с которым хотелось так сильно, как никогда и ни с кем. Но вряд ли им суждена была встреча.

* * *

Служба магической безопасности работала из рук вон плохо. Городские часы отбили уже десять, а никто до сих пор не явился его арестовывать. Пришлось форсировать события и пойти в ближайшее отделение самому, представиться и сдаться. И наконец, дождаться человека, которого Осборн рекомендовал, как надёжного.

Высокий блондин со светлыми глазами вошёл в допросную уже через семь минут, представился, сел за стол напротив Хантли и сразу перешёл к сути.

— Вы же понимаете, что я ничем не смогу вам помочь? Решение по этому делу вне моих полномочий. Даже принимая во внимание смягчающие обстоятельства, что вы явились сами, — произнёс господин Сорвен и протянул антимагический ошейник. Которые делали на заводе артефактов в Рейвенхилле. В прошлый раз этот факт, как и сам Рейвенхилл, не значил для Эрнета ничего, сейчас же отозвался глухой тоской где-то внутри.

— Благодарю за участие, но никакая дополнительная помощь мне не требуется. Просто хорошо сделайте свою работу.

Хантли взял узкую кожаную полосу и приложил к горлу, чувствуя, как она там затягивается. И тут же пришла боль. Скрутила, заставляя схватиться за стол и застонать сквозь зубы. Магию, живущую внутри, словно выдернули с корнем, оставляя только сосущую пустоту и ощущение потери.