Книга Вы (влюбитесь) пожалеете, господин Хантли!, страница 1 – Екатерина Ильинская

— Добрый вечер, позвольте задать вам несколько вопросов.

Мужской голос зазвучал так внезапно, что я вздрогнула. Из густых теней, собравшихся за выступом дома, вышел мужчина и шагнул прямо ко мне. В руках он держал бесчернильное перо и пухлый блокнот.

— Вы Амелия Ковальд, наследница гадалки Таты Мадини?

— Да-а-а, — недоумённо протянула я. Сердце часто билось от страха и непонимания.

Кто этот мужчина, и зачем он поджидает у дверей моего нового дома? Все юридические вопросы были решены, бумаги и ключи переданы через курьера, так что он не мог быть ни нотариусом, ни адвокатом. Да те и не стали бы караулить клиента вечером на улице. К тому же я никому не сообщала время приезда.

— Вы кто такой?

— А вы меня не знаете? — спросил незнакомец, пристально посмотрел на меня, а потом начал чёркать что-то в блокноте.

— А откуда я могу вас знать⁈ Вы же видели, я только что приехала! — Стук колёс экипажа, из которого я вышла минуту назад, ещё доносился откуда-то издалека. — Я в Рейвенхилле впервые.

— Вы же гадалка и предсказательница, — тонко и холодно улыбнулся собеседник, не отрываясь от записей. — Неужели не предвидели этого?

Что за дирх? Откуда он знает? Хотя несложно догадаться, что наследство одной гадалки перейдёт к другой — благословение Ошура распространялось на весь род. Но я не собиралась рассказывать о себе сомнительному типу, который и так подозрительно много знал. День и без того был сложный, дорога плохой, а дилижанс, в котором я ехала двое суток, нуждался в ремонте. Теперь ещё этот прицепился. Какой-то местный псих?

Хотя внезапный собеседник выглядел вполне респектабельно и на городского сумасшедшего не походил. Его одежда была в порядке: серая рубашка, чёрный жилет и брюки. Начищенные ботинки поблёскивали в слабом свете из окон дома напротив. Также поблёскивала золотая цепочка от часов, идущая от пуговичной петли к потайному карману. Мужчина вообще был сокрушительно хорош. Пронзительные тёмные глаза, тёмные же волосы, подтянутая фигура, резкие черты лица. Искренняя улыбка наверняка могла уложить к его ногам половину жительниц города, только интуиция подсказывала, что улыбался он очень редко.

В сравнении с ним я сама походила на бродяжку: в мятом дорожном платье кофейного цвета, в пыльных ботинках, со спутаннымиволосами и видавшим виды саквояжем в руках. Кстати, волосы незнакомца тоже были взъерошены, но при этом находились в таком изящном беспорядке, что очевидно, тут постарался мастер-парикмахер, а не банальный ветер. Зато мои светлые пряди торчали из заплетённой утром косы, словно пучки соломы. И я догадывалась, что вся небрежность моего внешнего вида не осталась незамеченной, пусть даже мужчина почти не отрывался от своего блокнота.

— Так, стало быть, вы не смогли предсказать моего появления? — переспросил незнакомец. А я часто заморгала и отвела глаза, смутившись, что так бесцеремонно его рассматривала. Хотя сам он рассматривать меня не стеснялся, пусть и делал это урывками.

— Гадалки не могут предсказывать себе, иначе пропадёт благословение Ошура, а с ним и способности, — сама не заметила, как начала оправдываться, а ведь не хотела. Внутри вместо зародившегося интереса возникла обида. Недоверие к моей профессии неимоверно бесило. Вот и собеседник скептически фыркнул и застрочил ещё быстрее.