Книга Вы (влюбитесь) пожалеете, господин Хантли!, страница 149 – Екатерина Ильинская

Я тоже рискнула пробежать мимо веселящихся погодников, и даже пару раз уклонилась от потоков воды, пока удача не отвернулась, и меня не окатило с головы до ног. К счастью, артефактов для сушки одежды тут было в избытке.

А потом мы с Эрнетом сидели на веранде одногоиз ресторанов, обедали, пили чай, смотрели на море. Он кормил семечками и орехами местных белок, против которых посетители, видимо, не возражали, хотя я бы предпочла общество крикливых птиц. Впрочем, маленькие рыжие создания действовали осторожно: не выскакивали внезапно и не пытались на меня залезть, поэтому я просто наблюдала, изредка улыбаясь от вида раздувшихся щёк жадных зверьков.

— Так кто напал на вас в детстве, Амелия?

— Напал? О чём вы? — Я не сразу сообразила, что имел в виду Хантли, но когда осмыслила, напряглась. Села прямо, схватила стакан с чаем и суетливо закрутила в руках, выдав себя с головой.

— Ваша сестра упомянула в разговоре, что до девяти лет вы таскали домой любую живность от улиток до бродячих псов, а потом на вас кто-то напал. Родители тему не поддержали, а выспрашивать я не стал, но отправил запрос в архив, чтобы сделали выписку обо всех событиях того периода. Намеревался вам это «нагадать» в следующий раз.

— Гадалки так не работают, — хмыкнула я, так и не подняв на него глаз.

— Так работают журналисты.

Хантли ничуть не смутился. А потом забрал стакан и взял мои ладони в свои, согревая и слегка поглаживая.

— Так кто это был? Почему животные до сих пор пугают вас? Я начал догадываться, когда вы вылетели на меня из дома с криками про монстра. А ваше поведение внутри только подтвердило догадку…

Я промолчала. Не любила вспоминать, а тем более говорить про тот случай. Долго убеждала себя, что уже позабыла всё произошедшее, что это только детские страхи, хотя продолжала бояться. Поэтому я просто покачала головой, отказываясь отвечать на вопрос. Сидела и смотрела, как большой палец Хантли гладит моё запястье, впитывала тепло и спокойствие, которое приносили мне эти прикосновения.

— Тогда давайте опять я? Это был рейхан?

Я покачала головой, хотя рейхан там тоже был. Много кто был. И одновременно не было никого.

— Это точно не могла быть коббарра, иначе вы не оставили бы у себя Саюши. Да и не живут они в наших лесах.

Я кивнула. Это была не коббарра.

— Но змея? Я помню, вы говорили, что не любите змей.

— Это была… фликсия.

Я всё-таки вытолкнула это слово, хотя оно очень сопротивлялось. Руки дрогнули, и Эрнет сжал их сильнее.

— Откуда она взялась в Фаренли? И как вы спаслись?

— Я плохо помню…

От воспоминаний я задрожала, словно опять оказалась в заброшенном доме в стылый осенний день. А потом слова полились неудержимым потоком.

В старом доме Олриджей уже несколько дней кто-то шуршал. Призраки! Так решила вся местная ребятня, и к тому были основания — Марк Олридж был человеком с весьма сомнительной репутацией, якшался с преступниками и по молодости отсидел несколько лет в императорской тюрьме за контрабанду. А недавно вот умер. Но всем было очевидно, что такой человек обязательно вернётся в виде призрака, чтобы и дальше пугать людей.

Взрослые только махали руками и отказывались слушать «глупости», но в доме Олриджей кто-то шуршал. В совершенно пустом покинутом доме.

— Наверняка енот забрался или бродячая кошка, — буркнул отец за вечерним чаем, когда Амелия и Аделина снова рассказывали об ужасных звуках.