Онлайн книга «Пока, до завтра!»
|
Я не знаю, где он. Едва ли мы еще когда-нибудь случайно встретимся, а если и встретимся – вряд ли друг друга узнаем. Может, он и вовсе уже умер. Если в дело не вмешается случай, возможность выйти на связь с Клитусом у меня всего одна, и, похоже, находится она не в настоящем, а в прошлом – в моих попытках реконструировать показания, для дачи которых его так и не вызвали. Неподтвержденные показания свидетеля, который присутствовал на месте преступления лишь в своем воображении, едва ли будут засчитаны в суде, но, как уже не раз было продемонстрировано, показания, которые давал под присягой свидетель, реально присутствовавший на месте событий, тоже не заслуживают доверия. Если какая-то часть последующего смешения правды и выдумки покажется читателю неубедительной, я даю ему разрешение не принимать ее во внимание. Я и сам был бы рад придерживаться одних лишь фактов, если бы они у меня были. А еще читателю придется подключить воображение. Он должен представить себе колоду карт, разложенную на столе рубашкой вверх, а потом выбрать одну и перевернуть ее, только это будет не восьмерка червей и не бубновый валет, а самые что ни на есть обыкновенные пятнадцать минут из жизни Клитуса. Но для начала мне понадобится придумать собаку, и тут большой изобретательности и ловкости рук не потребуется, ведь там, где держат домашний скот, нужна и собака, чтобы помогать сгонять животных в стадо. В те времена – не знаю, как сейчас, – фермерские собаки обычно были помесью колли и английской овчарки. Притяжение между собаками и мальчиками-подростками, думаю, очевидно и не нуждается в объяснении. Никаких внешних признаков разлада в семье нет. Обе фермы находятся по правую руку от новой дороги с твердым покрытием, их земли граничат друг с другом. Дом Уилсонов с его хозяйственными постройками стоит у самой дороги и расположен на одну восьмую мили ближе к городу. Чтобы добраться до дома Клитуса, нужно проехать по грунтовой подъездной дорожке с воротами в начале и в конце. Когда приближается время возвращения Клитуса из школы, собака протискивается под воротами и направляется по грунтовке к почтовым ящикам; там она устраивается на своем привычном месте в высокой траве и, свернувшись, кладет морду на все четыре лапы сразу. Эти почтовые ящики тоже стоят на высоких столбиках и напоминают болотных птиц. Всего за пару лет, прошедших с тех пор, как отец избавился от лошади и экипажа, пейзаж изменился. Теперь он похож на столешницу, деревьев почти не осталось, живые изгороди выкорчевали в пользу колючей проволоки, в результате – больше земли под посевы, больше денег в банке, но при этом все будто голое. Теперь любой может увидеть то, что раньше было доступно лишь глазу ястреба, неспешно рисующему круги в небе. Если мимо проезжает телега или «Форд Т», собака провожает его взглядом, но головы не поднимает. Она ждет мальчика на велосипеде. Фермеры-арендаторы, чьи фамилии указаны на почтовых ящиках, под которыми лежит собака в ожидании возвращения Клитуса из школы, руководствуются в жизни словами из Писания – конечно, насколько это им по силам. Включая заповедь поступать с другими так, как ты бы желал, чтобы поступали с тобой. И в городе они держатся группами по большей части потому, что попросту не могут вообразить такого положения, при котором людям, которых они видят в магазинах или на тротуарах (и которые, судя по всему, их, в свою очередь, не замечают), могла бы понадобиться их помощь. В деревне же все по-другому. |