Онлайн книга «Развод. Больше никто мы»
|
И мне кажется, что еще чуть-чуть, и я не сдвинусь с места, поэтому делаю шаг. Потом еще один. Они не замечают меня. Даже Лолита, которая стоит лицом ко мне — слишком увлечены друг другом. Я останавливаюсь в метре от них. — Не помешаю? — спрашиваю холодно. Гордей резко оборачивается. — Марьяна... - он удивлен так, будто увидел привидение. И Лолита выглядит такой же изумленной. Даже как будто испуганной. Она отступает на шаг назад. Допустим, она и в самом деле не ожидала увидеть меня, но Гончаров-то не мог не знать, что я прилечу — и потому, что моя дочь нуждается во мне, и потому, что я спрашивала у него адрес клиники и номер палаты. — Не ждал тебя так быстро, — объясняет он причину своего удивления и пытается свести все к шутке: — У тебя свой самолет? — Пока нет, — я не настроена шутить. Он бросает взгляд мне за спину — там палата. — Ты от Наташи? Как она? Я сжимаю губы. Не сейчас. — Ты у меня спрашиваешь? — вскидываю я брови. — А я рассчитывала послушать тебя. Что ты поведаешь мне, наконец, почему у Наташи случился приступ аллергии?! В конце вопроса моя интонация непроизвольно устремляется вверх. Непроизвольно, потому что я не хотела нападать на него или повышать голос. Не потому, что боюсь его или жалею — просто уверена, что, если начну говорить с ним на повышенных, он не станет отвечать. У Гордея сильно развито мужское эго, и он свято бдит, чтобы оно не было задето. Никем, включая меня. А теперь, наверняка — меня особенно. И я вижу, как он сразу стискивают челюсти, вздергивает подбородок, но ничего мне не говорит. Его ноздри раздуваются, а глаза мечут молнии. И все в меня. Но теперь давать заднюю уже поздно. Я еще раз с нажимом спрашиваю его: — Ты накормил ее омарами или что произошло? Отвечай, Гордей! На Каримову я не смотрю, словно ее тут и нет. Да она и не отсвечивает, отступив за спину Гордея. Было бы еще лучше, если бы вообще ушла. — Ты здесь хочешь об этом поговорить? — отвечает он в тон мне, однако голос не повышает. — А ты знаешь место получше? Он закатывает глаза и, резко подхватив меня за локоть, выводит на лестничную клетку. От неожиданности я даже не сопротивляюсь, и только оказавшись за дверью, вырываю свой локоть у него. — Еще раз соберешься до меня дотронуться, спроси разрешения! Он разводит руки в стороны в жесте «не трогаю и не собираюсь». Я выжидающе на него смотрю. Он вздыхает. — Никто Наташу омарами не кормил. И мидиями с креветками тоже, — все же снисходит до ответа. — Тогда из-за чего у нее аллергия? — Из-за корма для рыб. — Из-за чего?.. — морщусь я. — Корм для рыб, — повторяет он терпеливо. — Оказывается, в его составе есть измельченные дафнии, они тоже моллюскообразные, и их пыль при вдыхании вызывает все те же симптомы. Вплоть до анафилаксии, — заканчивает он, опустив голову. Я не могу поверить — корм для рыб?! Но где…? — Меня вызвали в сервис, механикам нужна была документация из моего сейфа. Я оставил девочек с Лолитой, и она повела их в гости к своей подружке, у которой тоже есть ребенок. Чтобы они поиграли. А у той аквариум, ну и девчонки, конечно, захотели покормить рыбок. Наташа надышалась этой моллюсковой пылью, и ей почти сразу стало плохо. Лолита в истерике позвонила мне, я — в скорую. И вот мы здесь уже несколько часов. |