Книга Развод. Больше никто мы, страница 71 – Юля Шеффер

— Жаль... - повторяет она тихо. — Жаль — это хорошо. Может, благодаря этому чувству у тебя еще есть шанс не превратиться в полное ничтожество.

И, развернувшись, она выходит из кухни и идет в детскую.

А я остаюсь обтекать и думать, что наше с ней проживание станет сложнее. Гораздо сложнее. И с этим нужно что-то делать.

Марьяна

Просыпаюсь не от будильника — он, видимо, еще не звонил, — а от щекочущего ощущения в горле. Как будто кто-то мягкими коготками скребет по гортани. Царапает.

Сглатываю, чтобы уменьшить неприятные ощущения, но это не помогает.

Я медленно открываю глаза, не торопясь принимать реальность, но ком в горле не оставляет шанса вновь заснуть. Провожу ладонью по шее — лимфоузел справа припух и тянет.

— Ну отлично! Просто прекрасно. Потусила, блин, в морозилке, — иронично бормочу вслух.

Вот они, последствия вчерашней «ледяной терапии», которая вполне могла бы войти в реестр сомнительных оздоровительных практик.

Ожидая жара, прикладываю руку ко лбу. Но не горячо. Есть — чуть-чуть, но после сна так бывает. Это не считается.

Пока не считается.

Поворачиваюсь на спину, медленно вытягиваю ноги, натягиваю на себя одеяло — пусть я понимаю, что надо вставать, но хочется хотя бы еще минуту побыть в горизонтали. Напомнить себе, кто я, где я нахожусь и почему у меня дисбаланс в моем физическом балансе — минус в Активе — моральные ресурсы на нуле, но плюс в Пассиве — слабость и недомогание шкалят.

Душ, кажется, был лишним… Горячий, прямо на замерзшее тело — ну не гений ли я? Я же знаю, что бывает, когда у меня начинается вирус: чуть прогреваюсь, и все — наутро привет, сопли, температура, лающий кашель. Зато вчера это казалось самым логичным.

Хотя, конечно, вчера много чего казалось логичным… до поры…

Ткнув пальцем в кнопку питания на телефоне, смотрю на экран — семь тридцать восемь. Рано. Но смысла лежать нет — если я сейчас не встану, потом будет только хуже.

Поднимаюсь, зябко кутаясь в халат, и плетусь до кофемашины. Не за кофе — мне сейчас нужна не бодрость, а хоть какая-то иммунная поддержка. Наливаю в чашку кипятка и шарю в дорожной косметичке в поисках упаковки шипучих таблеток с витамином С. Достав сразу две — убойная доза, — опускаю в воду. Смотрю, как они весело шипят и пузырятся — словно издеваются.

— На здоровье! — снова бурчу и выпиваю большими глотками.

На вкус — кислятина, зато действенная. Мне обычно помогает. Надеюсь, и в этот раз сработает.

И ведь работает!

Горячее кислое питье делает свое дело. Сшибает в нос, смягчает горло и действует как впрыск адреналина.

Я чувствую себя почти нормально, и, быстро умывшись, надеваю длинное вязаное платье-футляр. Сегодня мне хочется утеплиться.

Собираю волосы в высокий хвост и долго смотрю на себя в зеркало. Выгляжу очень хорошо. Глаза горят, а на щеках здоровый — или наоборот — румянец.

Не знаю, надолго ли хватит эффекта от витамина, но мне главное — дойти до отеля и поговорить с Князевым. Если он меня отпустит, дома я быстро встану на ноги. Там девочки и мама.

Когда захожу в отель, воздух внутри кажется плотнее. Возможно, потому что я сама двигаюсь как в замедленном фильме: как набитая ватой кукла, которая немного не в себе. При этом чувствую себя вполне бодро — так, будто меня слегка ударило током.