Книга Развод. Больше никто мы, страница 58 – Юля Шеффер

И если то, почему утаила от нее правду Марьяна, я еще как-то понять могу, то почему промолчал Ян, для меня загадка.

Но их причины меня касаются мало. Почему я сам не говорю все, как есть? Не рублю правду-матку. Боюсь ее? Вот еще. Тогда почему?

Почему не позволил сказать это же Лолите?

Но ответ находится быстро — я слышу голоса девчонок из кухни и понимаю: я молчу из-за них. Не хочу скандала у них на глазах. А, зная тещу, скандал неизбежен.

Галина Сергеевна переводит взгляд на сумки у своих ног.

— То есть моя помощь вам не нужна?

— Нет, — отвечаю твердо.

Мне нужно избавиться от нее по-быстрому, поэтому я скажу что угодно.

Она смотрит на Лолиту и снова на меня.

— Я все равно останусь, — поджав губы, заявляет безапелляционно. — Я соскучилась по внучкам и хочу убедиться, что с ними все в порядке, и что у вас с «другом семьи» все под контролем.

Она не спрашивала разрешения, поэтому не ждет ответа, а сразу проходит на кухню, откуда тут же раздается радостное на два голоса:

— Бабушка!

— Бабачкаааа!

— Привет, мои любимые! Привет, красоточки. Ариша, да ты совсем большая стала! — громко и искренне восхищается мать Марьяны.

Отчаянно хочется пойти за ней и настоять, что ни в опеке, ни в помощи мы не нуждаемся, но я остаюсь на месте, зная, что не сделаю этого. Не лишу девочек этой простой и, надеюсь, недолгой радости.

Лола, зыркнув на меня, цедит сквозь зубы:

— «Друг семьи», Гордей?! Серьезно?!

— А ты хочешь выйти с публичным заявлением и узнать все, что она думает о растлении малолетних? Вперед! Но лучше постараемся убедить ее, что у нас реально все под контролем, и тогда она у нас не задержится.

Марьяна

Я и раньше задерживалась на объекте допоздна, а с приездом Князева практически живу здесь, и всерьез подумываю не тратить корпоративные деньги на съем номера у конкурентов, а переехать в один из уже готовых номеров нашего отеля. В смысле, Князевского…

Все равно приезжаю поздно, почти в полночь, и уезжаю рано, даже не завтракаю. Только зря трачу лишнее время на дорогу, которое отнимаю от своего сна. Так что это было бы логично и практично, но я не решаюсь выйти к нему с таким предложением.

А работы реально с его появлением стало только больше — его внимание к деталям почти фанатично, а требовательность чрезмерна. Но никогда не знаешь, делаешь ты все правильно или нет — он скуп на похвалы и не дает комментариев, — и поэтому стараешься еще больше, еще лучше, а в сутках так мало часов…

И сегодня, когда на телефоне срабатывает будильник — время звонить девочкам, — я все еще в кабинете. Как и вчера, и каждый день. Выключаю напоминалку и откладываю акт от поставщика, которой только что взяла из стопки других, чтобы проверить и утвердить к оплате — он подождет, а мои дочки нет. Это мое время. Только мое.

Чат с Наташей у меня закреплен, искать в длинном списке переписок не приходится, и я сразу жму на видеодозвон.

— Привет, мам! — слышу я раньше, чем на экране появляется милое личико дочери, озаренное счастливой улыбкой.

А через секунду вижу и такую же радостную мордашку второй:

— Пливет!

— Привет, родные. Как у вас дела? Как прошел день? Что нового в школе и в садике? — спрашиваю с той особенной теплотой, которая автоматически включается, когда я смотрю на них.