Онлайн книга «Развод. Больше никто мы»
|
Черт бы ее побрал… — Гордей! — кидается ко мне, цепляясь за локоть. Разрываюсь между желанием рявкнуть, приказав ей проваливать, и пониманием, что сейчас не время — и не место — ссориться с ней на глазах у всех. — Я же просил тебя остаться дома, — тихо цежу сквозь зубы. Я реально зол — я же все ей объяснил. Популярно, на пальцах разложил, что она — один из моих косяков, на которые будет напирать адвокат Марьяны. И что ее присутствие в зале суда нежелательно, оно будет играть против меня — и все равно она здесь. Как специально. Если бы это был кто угодно другой, я бы даже подумал, что ей заплатили. Но нет. Это личная инициатива. — Я не могла оставить тебя одного, без поддержки. Я хочу помочь тебе. Всем, чем смогу. Медленно выдыхаю, чтобы не заорать. — Хочешь помочь — просто сиди молча. Пожалуйста. Что бы ни происходило, не вмешивайся и не открывай рта. Поняла? — Я все поняла, Гордей... правда, — активно кивает она и руки свои от меня убирает. Я осознаю, что это было грубо, но сейчас слишком много для меня поставлено на карту. Мне важно сохранить моих детей, а с ней я помирюсь потом. Иду за адвокатом в зал заседаний. Марьяна уже там. Сидит прямо, взгляд ровный. Рядом адвокат. Сразу двое. Тот, что был с ней в прошлый раз, и кто-то новый. И выглядит так, будто из них двоих главный — он. Нашла более опытного в таких делах? Посоветовал кто-то? Да пофиг, в принципе. Сколько бы их ни было, на мои шансы количество адвокатов противной стороны никак не повлияет. Оглядываюсь — Князева нигде нет. Смотрю на Марьяну, она спокойно и равнодушно встречает мой взгляд. И в ее глазах я читаю все — от жалости до вызова. Наверное, я заслужил и то, и другое. Слушание начинается. Вступает адвокат Марьяны — тот, что новый, — потом берет слово мой. Я слушаю их обоих, смотрю на судью, отвечаю, когда меня спрашивают. Все идет предсказуемо и стандартно: называются факты, зачитываются свидетельские показания, истцы акцентируют, что дети нуждаются в стабильности и одном доме, а мы — что для стабильности им нужны оба родителя. Моим «подвигам», конечно, тоже уделяется незаслуженно много, на мой скромный взгляд, внимания. Но я и не надеялся, что про них забудут. Когда ее адвокат размазывает меня по стенке, я смотрю на Марьяну, и впервые за эти дни допускаю дикую мысль: да, этот суд я, скорее всего, проиграю. Гоню ее от себя, но безуспешно. Она стучит молотком мне в висок. Все громче и громче. А приговор, напротив, звучит глухо, словно сквозь вату: «Определить место жительства несовершеннолетних детей — Гончаровой Натальи Гордеевны, и Гончаровой Арины Гордеевны — с матерью. Отец имеет право встречаться с ними раз в неделю по договоренности, совместно проводить с детьми две недели летнего отпуска и не более семи календарных дней во время зимних каникул, по предварительному письменному уведомлению матери. Остальные требования Гончарова Г.А. о совместной опеке и равных правах в решении ключевых вопросов воспитания отклонить». Ну, здравствуй, воскресный — или субботний — папа… Встав со скамьи, выхожу в коридор — мне нужно побыть одному. Но не проходит и полминуты, как я слышу за спиной стук каблуков. Марьяна? Оборачиваюсь и вижу, что меня догоняет Лолита. — Гордей, эта судья ничего не понимает. Она просто старая тетка, которая завидует нашему счастью и... |