Книга Развод по собственному желанию, страница 35 – Нелли Наивина

Стас решил, что раз вежливые методы не работают, пора переходить к тяжёлой артиллерии. Тяжёлой артиллерией у Стаса традиционно считалось всё, что громче шепота.

Началось с сообщения в общий чат бывших коллег Марины, где он каким-то чудом до сих пор состоял.

«Друзья, я хочу, чтобы вы знали правду», — написал он, и Марина, увидев это уведомление, поняла, что вечер будет длинным.

— Он что, устраивает пресс-конференцию? — спросила она у телефона так, будто телефон был виноват.

Она открыла чат. Стас писал длинно, с претензией на искренность, упоминая «трудный период», «недопонимание в семье» и почему-то один раз — «Стас всегда был опорой». Марина насчитала три раза третье лицо за один абзац, что было рекордом даже для него.

— Он говорит о себе как о национальном достоянии, — сказала она вслух, и в этот момент позвонил телефон.

— Марина, — голос Стаса звучал взволнованно, почти геройски, — я просто хочу, чтобы люди знали, что я стараюсь.

— Стас, ты написал в чат бухгалтерии моей прошлой работы. Там Люда из третьего отдела. Она понятия не имеет, кто ты, но теперь знает, что у тебя трудный период.

— Люда должна понимать контекст.

— Люда должна закрывать баланс за квартал, а не разбираться в твоём контексте.

Он замолчал на секунду, собираясь с силами для следующего удара.

— Марина, я говорил с твоей мамой.

Марина села. Медленно, как человек, которому только что сказали, что метеорит уже входит в атмосферу.

— Ты. Что. Сделал.

— Я объяснил ей ситуацию. Она должна знать обе стороны.

— У ситуации есть только одна сторона, Стас, и она называется «ты изменил».

— Есть нюансы.

— Нюансы — это когда забыл вынести мусор. Измена — это не нюанс, это факт с доказательствами в переписке и видео, которые, напомню, ты сам умудрился отправить в общее хранилище.

На том конце вздох, полный вселенской несправедливости.

— Твоя мама сказала, что подумает.

— Моя мама подумает о том, как долго варить тебе борщ, если ты появишься на пороге. Спойлер: недолго.

Он попытался зайти с другой стороны, потому что прямая атака не удалась.

— Марина, я разговаривал с твоим начальником.

Тут Марина встала. В комнате не было никого, кроме кота, но кот тоже посмотрел на неё с осуждением.

— С каким начальником?

— С Виталием Петровичем. Я сказал ему, что ты переживаешь развод и, возможно, тебе нужен отпуск для восстановления.

— Ты позвонил моему начальнику. Чтобы сказать ему. Что я. Психически. Восстанавливаюсь.

— Я хотел помочь.

— Стас, ты представляешь, как это звучит? «Здравствуйте, я бывший муж вашей сотрудницы, у неё трудный период, дайте ей отпуск». Ты выставил меня как человека на грани нервного срыва перед человеком, который решает, дают мне премию или нет!

— Я думал, отпуск — это хорошо.

— Отпуск — это хорошо, когда его берут добровольно, а не когда бывший муж организует его через твоего начальника, будто заказывает пиццу с доставкой!

Марина позвонила Виталию Петровичу сразу после разговора со Стасом, и разговор с начальником оказался куда спокойнее, хотя и начался фразой: «Марина, вы точно в порядке? Может, вам действительно нужен отпуск?»

— Виталий Петрович, я в идеальном порядке, просто мой бывший муж решил стать моим личным пресс-секретарём без моего согласия.