Книга Рождество на ферме «Остролист», страница 92 – Джо Томас

Мэй оглядывается.

— Хорошо, мы его поищем. И другим передадим.

Я возвращаюсь в грузовик, зажигаю свечи в форме для кексов – небольшой кулинарный лайфхак, который я увидела в социальных сетях, – и подогреваю каул и карри. Какая я все-таки молодец, что научилась готовить эти блюда лишь благодаря инстинкту и воспоминаниям! Ни рецептов, ни книг, лишь то, что мне запомнилось. Как сказал папа, я следовала своему сердцу.

— Пахнет потрясающе! – восклицает Эви, заглядывая в заднюю часть грузовика. – Можно, я поставлю сюда свою палатку? – Она указывает на боковую часть пандуса.

— Хорошо, я тебе помогу. – Я спускаюсь к ней.

Мы устанавливаем палатку, и Эви устраивается поудобнее. Подходит Оуэн, целует ее и разжигает огонь в перевернутой крышке мусорного ведра, на которой выложен круг из камней.

— Точно не замерзнешь? – спрашивает он.

— Точно.

— Оуэн, ты не видел папу?

Он качает головой.

— Я его поищу, – обещает он и бодрым шагом возвращается к большому барбекю, а рядом с ним гордо ступает Джесс в рождественском шарфе, в который вплетены веточки падуба и омелы.

— Так приятно видеть вас двоих вместе, – говорю я Эви, пытаясь отогнать все мысли о Лью.

— Я сама такого не ожидала. – Она принимается за вязание. – Не думала, что мне когда-нибудь снова будут интересны мужчины. Но в ту ночь в кафе мы разговорились и поняли друг друга. У нас много общего, мы пережили немало боли и потерь… и нам хорошо вдвоем. Я не чувствую вины, хотя не сомневалась, что почувствую. Я знаю, он был бы рад, что я встретила Оуэна.

— И я рада. – Я смотрю в заснеженное небо и все-таки думаю о Лью, о том, где он сейчас и так ли встретил Рождество, как надеялся.

* * *

В пять часов Оуэн распахивает ворота, и начинает выстраиваться очередь.

Шесть часов – а папы все нет, и я очень беспокоюсь. Вдруг он где-то упал в обморок? Или все же решил признаться Мифанви, а она его высмеяла? Не стоило его заставлять. Вдруг он расстроен?

Касса полна, и покупателей даже больше, чем я ожидала – но я не успокоюсь, пока не узнаю, где папа и что с ним всё в порядке. Я отворачиваюсь и снимаю фартук.

— Пастуший пирог, пожалуйста. Я слышал, что это один из лучших в округе… как и пастушка, которая его испекла.

— Извините, я сейчас не… – Я застываю на месте, все во мне сжимается в тугой комок. Я смотрю на знакомое лицо, и вокруг вдруг больше никого не остается.

Он улыбается.

— Ты вернулся.

Он кивает.

— За нашим решением насчет поля?

— Я же говорил, это больше не имеет ко мне отношения.

— Тогда… – я сглатываю, – почему?

Лью смотрит на меня.

— Потому что я не мог держаться в стороне.

— Почему? – снова спрашиваю я. Мне очень важно это услышать.

— Потому что мне нужно быть в одном месте… рядом с одним человеком.

Я шагаю к нему и слышу крик:

— Джем! Быстрей!

Это Оуэн зовет меня. Он стоит у главных ворот, возле барбекю.

— Папа? – Я бегу к пандусу. – Оуэн? Где он? – Я поворачиваюсь к Лью. – Слушай, мне столько всего нужно тебе сказать… – Слова и мысли кружатся голове, сбивая меня с толку, но тревога за папу пересиливает все. – Но пока… ты не мог бы меня заменить?

— Конечно. Иди. – Он плавно обходит стол и встает за ним. – У нас достаточно времени, чтобы сказать все, что нужно! Иди и найди своего папу!

Оуэн взбегает по пандусу, как молодой лабрадор, которого он всегда мне напоминал.