Книга Туман. Непокорная для бандита, страница 78 – Лина Мак

Я чуть встряхиваю её, стараясь не причинить боль.

— Яна!

— Не ори, — выдыхает она.

— Тогда смотри на меня, — приказываю и она с трудом поднимает веки. — Вот так. Умница.

— Не называй меня умницей.

— Буду называть, как захочу. Ты мне теперь должна.

— За что?

— За то, что я поседел лет на десять.

— У тебя... пока нет седины.

— После сегодняшнего появится. И ты лично будешь красить мне волосы.

— Розовым.

— Договорились. Только сначала ты выживешь, — и сам слышу, как на последнем слове голос звучит слишком хрипло.

И Яна слышит. Чувствую по тому, как её пальцы слабо сжимают мою футболку.

— Марат... — зовёт она, но по её тону я понимаю, что не готов ничего больше слышать от неё сейчас. Не так, сука!

— Молчи.

— Ты боишься, — не унимается эта коза.

— Нихера я не боюсь, — сразу же отбиваю, потому что то, что я ощущаю страхом не назвать!

Такого слова ещё не придумали.

— Врёшь, — шепчет Яна и снова прижимается ко мне.

— У тебя научился, красавица, — отвечаю ей не впопад, лишь бы она говорила, лишь бы не закрывала глаза.

Возле чёрного внедорожника появляется Хмурый. Резко распахивает заднюю дверь и убирает всё с сиденья одним движением.

— Клади её. Аккуратно.

— Я сам сяду за руль.

— Нет, — голосом Хмурого можно убивать сейчас.

— Хмурый, не испытывай моё терпение, — срываюсь я.

— А ты не испытывай моё! — рявкает он. — У тебя весь бок в крови, а глаза уже плывут. Сядешь за руль — угробить и её, и себя по дороге!

Опускаю взгляд. Блядь, действительно кровь.

Моя футболка с левой стороны стала почти чёрной. Но боли всё ещё нет. Только жар. И ощущение, будто кто-то приложил к боку раскалённое железо.

— Там царапина, — отвечаю, но что-то подсказывает, что если не успеем, мне уже будет насрать.

— В машину, Туман! — снова хочу послать Хмурого, но Яна тихо стонет у меня на руках.

И всё. Остальное перестаёт иметь значение. Забираюсь с ней на заднее сиденье.

Укладываю поперёк себя, прижимая ткань к ране.

Хмурый захлопывает дверь и оказывается за рулём. Барс садится рядом. Это выходит

он был рядом и открывал двери.

— Я дозвонился Савельеву, — сообщает Матвей, выворачивая машину с территории. —

Операционную готовят. Он будет ждать.

Пытаюсь припомнить о ком он говорит, но только Барс уверенно кивает и что-то

отвечает Хмурому, а я не могу отвести взгляд от бледного лица Яны.

— Быстрее, — вырывается у меня.

— Я и так еду быстрее, чем ты соображаешь, — рявкает Хмурый.

И я понимаю, что весь салон уже пропит страхом взрослых мужиков, которые боятся за

одну вредную занозу, которая сама готова сдохнуть. А нам... мне, блядь, что делать?

Прижимаю её к себе и шепчу в висок:

— Не смей, Яна. Не смей. Я не отпускаю тебя.

Яна вздрагивает на каждом повороте, но не жалуется. Она же привыкла терпеть.

Ненавижу всех, кто её этому научил.

— Поговори со мной, — требую я.

— О чём? — тихо спрашивает, но глаза не открывает.

— Согласна выйти за меня?

— Нет, — выдыхает, а губы подрагивают.

— Отлично. Значит, сознание не потеряла, — хочу всё перевести в шутку.

Хочу вспомнить, как вёл себя ещё месяц назад, но не выходит. Меня будто стёрли и

оставили только всё, что связано с этой занозой, которая умеет драться даже каблуком.

— А если соглашусь? — спрашивает тихо.

— Решу, что у тебя бред, — отвечаю и уголок её губ снова едва заметно поднимается.