Книга Туман. Непокорная для бандита, страница 101 – Лина Мак

— Запомни свои слова.

— Уже пожалел, — тяжело вздыхает Марат, а я бью его ладонью в грудь, а он смеётся и прижимает меня к себе.

Осторожно. Всегда осторожно там, где проходит шрам.

— Мишка обрадуется, — шепчу я.

— Он станет самым счастливым старшим братом.

— А если будет ревновать?

— Не будет. Я всё ему объясню, — и столько веры в нём, что мне тоже хватает.

— Только не в своей бандитской манере.

— Тогда ты объяснишь, — сразу же находится он, а я прыскаю со смеху. — Я буду стоять рядом и выглядеть убедительно.

Я улыбаюсь ему в грудь. Страха меньше не становится. Но теперь я знаю: его не обязательно побеждать одной.

Туман

Выхожу из ванной и понимаю, что мир снова изменился.

Чуть больше года назад я был счастлив, что не женат. Сейчас у меня жена, сын и ещё один ребёнок размером, наверное, с фасолину.

И я уже готов убить любого, кто посмотрит в их сторону неправильно.

— Ну? — Люба сидит на диване и улыбается.

— Что «ну»?

— Не тяни, Марат, — Люба сидит вся в предвкушении, только что ладошки не растирает.

— Тимур, усмири жену.

Но Север не реагирует. Стоит возле окна с мобильным у уха. Спина напряжена. Взгляд тяжёлый. Что-то не так.

Холод быстро вытесняет радость, но не убирает её совсем. Я продолжаю держать Яну за руку. Всегда буду.

А Север слушает человека на другом конце, задаёт два коротких вопроса и отключается.

— Что случилось? — спрашивает Люба.

Тимур медленно оборачивается.

— Звонил Чернобор, — и его голос слишком напряжён.

— Какой? — уточняю я.

— Старший, — ровно отвечает Север, а это уже плохо.

Если Давид Чернобор-старший звонит лично, значит, проблема не решается обычным способом.

— Викуля пропала, — произносит Север.

В комнате становится тихо. Даже Богдан перестаёт возиться на руках у Любы.

— В смысле пропала? — спрашивает она.

— Уехала с подругами на курорт. Вчера вечером вышла из клуба, села не в ту машину и после этого на связь не выходила.

— Её похитили? — Яна сразу становится собранной.

— Пока непонятно. Камеры отключились за семь минут до её выхода. Телефон нашли возле дороги. Подруги уверяют, что Вика была трезвой.

Я медленно выдыхаю. Виктория Чернобор. Холодная блондинка. Снежная королева и папина принцесса, сокровище и самое непредсказуемое бедствие во всём клане.

Давид Чернобор готов отстрелить яйца любому, кто задержит на его младшей дочери взгляд дольше положенного.

— Чернобор людей поднимает? — спрашиваю.

— Уже поднял всех, — отвечает Север. — И помощь ему нужна масштабная.

— Значит, вмешаемся, — заключаю я.

— Однозначно, — кивает Яна.

Поворачиваюсь к своей беременной жене.

— Ты никуда не едешь, — отвечаю так, что спорить со мной не стал бы даже Грек.

Но моя жена только медленно поднимает бровь.

— Марат.

— Даже не начинай.

— Я только хотела...

— Нет.

— Ты не знаешь, что я хотела сказать.

— Знаю.

— Самоуверенный бандит.

— Твой муж и отец твоего будущего ребёнка, — бью последним козырем и улыбка сама лезет на лицо.

Яна смотрит на меня несколько секунд. Потом переводит взгляд на остальных и спокойно сообщает:

— Он только что узнал. Пока не бейте, у него временное помутнение рассудка.

Люба радостно вскрикивает и вскакивает с кресла с мелким Даном.

Север на мгновение забывает даже о звонке.

Мишка врывается в гостиную и спрашивает, почему все шумят.

Я смотрю на свою семью. На женщину, которая однажды ворвалась в мой номер и разрушила привычную жизнь.

На пацана, ставшего моим сыном.

На людей, которые встали рядом и больше никуда не уйдут.

А затем снова вспоминаю Вику Чернобор.

Вот же неугомонная девчонка.

Что-то мне подсказывает, её исчезновение окажется не похищением.

И что очень скоро в этой семье появится ещё один мужик, которому придётся на собственной шкуре выяснить, насколько опасной бывает любовь.

Особенно если в неё вмешивается разъярённый отец с большим калибром.

Но это будет уже совсем другая история.