Книга Ее домашняя нечисть, страница 110 – Александра Черчень

Фейн отряхнул руки и посмотрел на раскрытые врата с выражением человека, который все еще предпочел бы не входить.

— Прекрасно. Предлагаю не затягивать и проследовать к внутреннему храму.

— Поддерживаю, – сказала я. Мне тоже очень хотелось закончить эту увлекательную экскурсию.

— А с этим что? – спросила Пусинда.

Мы все обернулись.

Арран лежал на боку у стены, тяжело дыша, и все еще смотрел на меня с такой ненавистью, будто я лично украла у него будущее. Хотя, наверное, именно так он и считал.

— Оставим у ворот, – сказал Кайшер.

— Оставим? – переспросила Пусинда.

— Да.

— Просто оставим?

— Пусинда.

— Нет, я уточняю. – Ухмара склонила голову набок. Желтые глаза стали слишком яркими. – Вы с ним цацкаетесь?

Фейн медленно повернулся к ней.

— Не начинай.

— Пальчик укололи, – продолжила Пусинда почти возмущенно. – Кровушки взяли. Аккуратненько в сторонку положили. А мразь же?

Никто не ответил.

Потому что Арран, к сожалению, выбрал именно этот момент, чтобы снова открыть рот.

— Тварь болотная, – прохрипел он, глядя уже на Пусинду. – Думаешь, они с тобой дружат и считают за равную? Нечисть всегда остается нечистью. Рабской дрянью. Хозяева меняются, а цепь остается!

Пусинда замерла.

— Пуся, – осторожно сказала я.

Поздно.

Серая сила метнулась так быстро, что я не успела ни вдохнуть, ни закричать.

Аррана сорвало с камня и швырнуло в стену.

Удар получился глухим, страшным, окончательным. Тело ударилось о бело-голубую плиту, сползло вниз и ничком упало на плиты площади.

Пусинда зависла над ним и демонстративно отряхнула ладони, как после тяжелой работы.

— Вот так надо, – сказала она. – А не пальчик.

— Пусинда. – Голос Кайшера стал низким и опасным.

— Что? – Она обернулась с искренним недоумением. – Мразь же? Мразь. Ты сам подтвердил, притом неоднократно. Насильник и урод! Я вообще не понимаю, почему вы так долго обсуждали очевидное.

Фейн первым подошел к телу, присел, коснулся шеи Аррана.

Помолчал.

— Мертв.

Я смотрела на неподвижную фигуру у стены. И ждала от себя каких-то эмоций.

Ужаса от случившегося на глазах убийства.

Страха.

Облегчения.

Хоть чего-нибудь правильного!

Но внутри было пусто. Просто пусто, как в комнате, из которой наконец вынесли слишком большой шкаф, загораживавший окно.

Пусинда фыркнула.

— Что вы на меня смотрите? Я древняя хтонь. У меня с моралью отношения декоративные.

— Заметно, – сухо сказал Фейн.

— Спасибо.

Кайшер молчал еще несколько ударов сердца, а потом медленно выдохнул и сказал:

— Потом.

— Потом что? – уточнила Пусинда.

— Потом мы обсудим твое прямое неповиновение.

Ухмара услужливо поклонилась и самым благолепным голосом ответила:

— Как скажешь, хозяин.

Ламир ничего не ответил. Взял меня за руку и потянул вперед, под темные своды дворца.

— Извини, что прошу идти со мной дальше, но оставлять тебя ждать на площади считаю более опасным.

— Можно было бы оставить со мной, – невинно предложил Фейн.

— Можно, – спокойно согласился Кайшер.

И мы пошли дальше. Видимо, все же нельзя!

Вообще посмотреть было на что, и даже если бы мне предложили выбор, то я бы отправилась с ним. Как это вообще возможно – стоять на пороге такого исторического чуда и не шагнуть внутрь?

Огромный вестибюль уходил вверх на несколько этажей. По стенам тянулись галереи, соединенные лестницами и воздушными переходами.